Чтение онлайн

А значит все владельцы пушек уже наверху. Рассовывают по карманам россыпь консервов и конфет, плотно сбившись в кучку и держась за скользкие доски — чтобы не слететь в толпу аутсайдеров. В то время, как следовало бы держаться за стволы. Настало время пожелать приятного аппетита.

— Мочи козлов!!!

Три оглушительные длинные очереди в великолепном исполнении Егора крест на крест прошили деревянную платформу телеги, нарисовав из пулевых отверстий букву «Ж». За мелодичным звоном гильз по асфальту последовали глухие падения тел на телегу, крики боли и призывы на помощь. Почти все отверстия закрыло упавшими телами, в некоторые полилась кровь.

Одновременно

с этим открыл огонь младший сержант Петров — все оставшиеся четыре патрона нашли свою цель. А финка в левой руке аккуратно, но быстро, протыкала цыплячьи шеи низкоранговых гопников, падавших на асфальт от ранений в ноги.

Я же, одновременно со своим криком, изо всех оставшихся сил махнул из-под телеги косой. Прямо по модным голым лодыжкам. Не все ноги получилось отрезать — некоторые просто падали от подсечки, теряя часть кожи и мяса. Но все, кто упал рядом с телегой, тут же получали в шею удар кривым остриём.

Асфальт под телегой мгновенно стал мокрым от тёмной крови и нос наполнился хорошо знакомым приятным запахом сырого мяса, металла и пороховых газов.

— Вылазь! Егор, перезаряжай, прикрывай! Миха, цепляй трофеи! Алина!

В промежутках между слабеющими сдавленными стонами умирающих послышалось торопливое топанье маленьких башмаков девчонки.

В это время Егор довольно ловко и быстро сменил магазин, щёлкнул переключателем огня, дёрнул затвор и открыл неторопливый огонь по наступающим из темноты теням. К телеге подбирались товарищи павших из второго эшелона засады. Но, наткнувшись на встречный огонь шагающего боком к перилам ссутулившегося ефрейтора, все залегли за брошенные машины, остановив наступление.

У нас с Михаилом было около десяти-пятнадцати секунд на сбор оружия поверженных противников. Как я и думал — все стволы были у тех, кто залез на телегу за консервами. Копошившаяся вокруг мелкая братва подыхала от кровопотери, сжимая в слабеющих руках мачете и дубинки. Наверху же нас ожидала целая коллекция охотничьего гладкоствола. Все с помпой. Красота!

Сдёрнув с трупов по ружью в руки и покидав за каждое плечо ещё по одному, мы начали пятиться к Егору, высматривая будущие цели, укрывающиеся за машинами. В это же время к нам подбежала запыхавшаяся от волнения Алина и, без лишних указаний принялась привязывать верёвку к перилам.

Егор отстрелялся полностью ещё через несколько секунд и закинул автомат за спину. Получив от командира ружьё, он немедленно повернулся обратно к противникам и, опустившись на колено, приготовился продолжать вести огонь.

— Егор, жди! Миха, крой! — Рыкнул я очередную команду и Алина, под прикрытием поочерёдных выстрелов двух дробовиков — моего и сержантского — перелезла через перила и заскользила в темноту вниз по верёвке.

—Щёлк-щёлк… БУ-БУХ!!! Щёлк-щёлк… БУ-БУХ!!! Цок-цок-цок-цок… — Ружья дуэтом исполняли ласкающую слух каждого мужчины песню из треска помп, гулких выстрелов и цоканья пластиковых гильз по асфальту. По ту сторону огня дробь стучала по каркасам автомобилей, не позволяя нашим противникам высунуться для того, что бы попытаться вести ответный огонь. Хотя кое-кто по глупости попробовал, тут же словив пучок дроби в плечо или в лицо и осев назад, вопя от обжигающей боли.

Первая пара ружей вскоре исчерпала свой боезапас — сначала у меня, потом у кадета. Этого времени Алине должно было хватить на то, чтобы соскользнуть до земли.

— Я пошёл! Егор, пли! — Спускаться следующим должен был я — оба кадета сразу начали на

этом настаивать, ещё при обсуждении плана, постоянно твердя о важности моей персоны для их миссии. Я не спорил.

Отбросив пустое оружие и скинув с плеча одно заряженное ружьё перед Егором, я схватил верёвку, косу и перемахнул через перила. Сжимая веревку ступнями и одной рукой, я опускался на землю совсем рядом с берегом и искал глазами Алину. Но не находил…

В это время мой отход продолжала прикрывать канонада в исполнении кадетов. Снова ненадолго замолчал один ствол и тут же продолжил — кто-то из парней сменил пустое ружьё на новое. А как раз когда я достиг земли, через перила полез ефрейтор, оставив Петрова прикрывать его отход в одиночестве.

— Алина! Ты где! Подай голос! — Глаза медленно заново привыкали к темноте, ослеплённые до того вспышками выстрелов и мне оставалось только слепо крутиться на месте, пытаясь разглядеть в мельтешении застрявших на сетчатке вспышек хоть что-то.

— Ах… Ты… Дыа… Н-на… Акха!!! — Где-то под мостом послышалась невнятная возня, и я ломанулся в том направлении. Как раз в тот момент, когда сверху на землю плюхнулся Егор и тут же приготовился стрелять по тем, кто успеет добежать до перил, пока будет спускаться его командир. Редкие выстрелы сверху затихли на несколько секунд — настал черёд отступления и для Петрова. Но вскоре канонада снова продолжилась — на сей раз со стороны противников. Ведь им больше никто не мешал выйти из укрытий.

А я в это время всматривался в кусты под мостом и, наконец, разглядел источник шума. Два мелких пацана, лет одиннадцати-двенадцати, тянули упирающуюся Алину в разные стороны. Один вцепился в пустую двустволку на её спине, второй, пыхтя от натуги, рывками тащил её за волосы в другую сторону, пытаясь пнуть её по ногам и повалить на землю подсечкой. Похоже, наши противники оказались сообразительней, чем я думал и оставили под мостом небольшой резерв. Вряд ли они всерьёз рассчитывали, что мы будем отходить этим путём. Просто подстраховались на тот случай, если кто-то из нас в бою спрыгнет или упадёт вниз через перила. И его надо будет добить.

Имея преимущество в росте и длине рук, девчонка дралась как львица — взревев от боли и ярости, она осыпала пацана перед собой отчаянными тумаками везде, где дотягивалась. Преимущественно попадая ему по ушам, она всё же не могла отделаться от него полностью.

Недолго думая, я с рыком подсёк ближайшего ко мне ублюдка косой по ногам и с хрустом опустил сапог ему на шею. Он сразу затих.

Но Алина, освободившись от рук, тянувших её назад, потеряла равновесие и полетела на землю вперёд мимо второго пацана, опрокинувшего её себе за спину. Тут же развернувшись в мою сторону, он хищно зыркнул на мою фигуру с занесённой сверху косой и прыгнул мне в ноги с проворностью обезьяны. Спасаясь от удара, готового пронзить ему череп, он проскочил у меня справа и вытащил из ремней на бедре мой обрез.

Выдернув косу из земли, я размахнулся вновь и увидел два подпиленных ствола, направленных мне точно в лицо. Вот значит, от чьих рук я умру… Стыдно-то как…

— Хана тебе, пидор! — Пацан спешно спустил один из курков. Правый. Тот, который спустить было удобнее всего. Тот, чей ствол был заполнен стрелянным патроном.

— Блядь! — Выругался мелкий, услышав сухой щелчок вместо выстрела и спешно перехватил обрез так, чтобы иметь возможность нажать на второй спусковой крючок. Его пальцы были слишком короткими, чтобы дотягиваться сразу до двух.