Чтение онлайн

Кстати, – заявил Мауч, – нам предстоит обсудить жизненно важный вопрос, касающийся сталелитейной промышленности, но… что за выражения, мистер Реардэн!

Мы не хотим ничего заграбастать, – сказал Хэллоуэй. – Мы просили вас приехать, чтобы обсудить это с вами.

Я приехал получить приказы. Давайте, приказывайте.

Но, мистер Реардэн, нам бы не хотелось, чтобы вы рассматривали все таким образом. Мы не хотим приказывать вам. Нам нужно ваше добровольное согласие.

Реардэн улыбнулся:

Я понимаю.

Да? – радостно начал Хэллоуэй, но что-то в улыбке Реардэна смутило его. – Что ж, тогда…

И ты, голубчик, – заявил Реардэн, – знаешь, что

в этом-то и заключается твой просчет, роковой просчет, который взорвет все. А теперь скажи мне, что за удар по моей голове ты готовишь, столь упорно не давая мне ничего замечать, или, может, мне пора домой?

О нет, мистер Реардэн! – вскричал Лоусон, внезапно бросив быстрый взгляд на часы. – Вы не можете покинуть нас сейчас! То есть, я хочу сказать, что вы не захотите уйти, не услышав того, что мы должны вам передать.

Тогда дайте мне это выслушать.

Он увидел, как они переглянулись. Висли Мауч, казалось, боялся обратиться к нему; лицо Мауча приняло выражение упрямого недовольства, которое, как приказ, было обращено к остальным в комнате, – какое бы положение они ни занимали в смысле их возможности решать судьбы сталелитейной промышленности, здесь они присутствовали только с целью поддерживать и защищать Мауча во время переговоров. Реардэн на минуту задумался о причине присутствия в комнате Джеймса Таггарта; Таггарт сидел в мрачном молчании и, надувшись, потягивал коктейль, стараясь не смотреть в его сторону.

– Мы выработали план, – весело начал доктор Феррис, – который поможет решить проблемы сталелитейной промышленности и который вы полностью одобрите в качестве меры достижения общего благосостояния, одновременно защищая ваши интересы и обеспечивая вам безопасность в…

Не надо говорить мне, что я одобрю или не одобрю. Дайте мне факты.

Этот план справедлив, основателен, взвешен и…

Мне не нужны ваши оценки. Только факты.

Этот план… – Доктор Феррис замолчал, он утратил способность приводить факты.

Исходя их этого плана, – вмешался Мауч, – мы гарантируем пятипроцентную прибавку к цене стали. – Он торжествующе умолк.

Реардэн молчал.

– Конечно, потребуются кое-какие мелкие поправки, – мягко вступил в разговор Хэллоуэй, как входят на пустой теннисный корт. – Определенную прибавку придется предоставить производителям железной руды, скажем, не больше трех процентов, из-за дополнительных трудностей, с которыми некоторые из них, например, мистер Ларкин из Миннесоты, теперь столкнутся, так как должны будут перевозить руду довольно дорогим способом – на грузовиках, после того как мистеру Джеймсу Таггарту пришлось пожертвовать своим отделением в Миннесоте во имя благосостояния страны. И конечно, повышение тарифов на перевозки должно быть предоставлено железным дорогам, ну, грубо говоря, семь процентов – ввиду абсолютно необходимой потребности в… – Хэллоуэй замолк, подобно игроку, вынырнувшему из водоворота беспорядочных ударов, заметив, что никто из противников его удары не отбивает.

– Но зарплату мы повышать не будем, – поспешно за метил доктор Феррис. – Одним из существенных пунктов плана является то, что мы не позволим увеличить размеры заработной платы рабочим-сталелитейщикам, несмотря на их настойчивые требования. Мы хотим быть честными с вами, мистер Реардэн, и защищать ваши интересы… не считаясь с риском вызвать недовольство и возмущение в обществе.

Конечно, если мы ожидаем, что рабочие пойдут на жертвы, – сказал Лоусон, – мы должны продемонстрировать им, что руководство тоже идет на известные жертвы ради блага страны. Настроение людей труда в сталелитейной промышленности

в настоящее время чрезвычайно не устойчиво, мистер Реардэн, оно взрывоопасно и… чтобы защитить вас от… от… – Он замолчал.

Да? – спросил Реардэн. – От кого?

…от возможного… насилия, потребуются меры, которые… Послушай, Джим, – внезапно обратился он к Джеймсу Таггарту, – отчего бы тебе как коллеге– промышленнику не объяснить все это мистеру Реардэну?

Что ж, кто-то должен помогать железным дорогам, – недовольно заговорил, не глядя на Реардэна, Таггарт. – Страна нуждается в железных дорогах, и кто-то должен помочь нам нести эту ношу, а если мы не получим увеличения тарифов на перевозки…

Нет, нет и нет! – рявкнул Висли Мауч. – Расскажи мистеру Реардэну о программе координации железнодорожных перевозок.

Ну, программа выполняется очень успешно, – умирающим голосом заговорил Таггарт, – если не считать не вполне поддающийся контролю фактор времени. Поэтому вопрос о том, когда наша объединенная команда вновь поставит на ноги железные дороги страны, – это только вопрос времени. Программа, могу заявить с полной ответственностью, будет работать так же успешно и в любой другой области промышленности.

В этом нет никаких сомнений, – заявил Реардэн, обращаясь к Маучу. – Зачем вы велели своей шестерке отнять у меня время? Какое отношение ко мне имеет программа координации железнодорожных перевозок?

Но, мистер Реардэн, – вскричал Мауч с отчаянной веселостью, – это же модель, по которой будет строиться вся наша деятельность! Ради обсуждения этого мы и при гласили вас сюда!

Обсуждения чего?

– Программы координации сталелитейной промышленности!

Мгновение все молчали, как ныряльщики, только что вынырнувшие из глубины. Реардэн сидел и, казалось, глядел на них с проснувшимся интересом.

Ввиду критического положения в сталелитейной промышленности, – затараторил Мауч, будто не хотел дать себе времени разобраться, что во взгляде Реардэна заставляет его чувствовать себя неуютно, – и так как сталь является жизненно необходимым для страны продуктом, основой структуры нашей промышленности в целом, радикальные меры, которые должны быть нами предприняты, смогут сохранить для страны весь процесс сталеварения, оборудование и заводы. – Взятый тон и навыки публичных выступлений заставили его пойти довольно далеко, но не дальше. – Имея в виду эту цель, наш план является… наш план является…

Наш план на самом деле очень прост, – включился в разговор Тинки Хэллоуэй, пытавшийся доказать это и простотой весело подпрыгивавшей интонации. – Мы снимем все ограничения на производство стали, и любая компания сможет производить, сколько ей захочется, исходя из собственных возможностей. Но чтобы избежать ненужных потерь и опасности хищнической конкуренции, все компании вкладывают свой суммарный доход в общий котел, который будет известен как Координационный пул сталелитейной промышленности, с отдельным правлением. В конце года правление будет распределять доходы, принимая во внимание общий выпуск стали по стране и количество действующих домен, таким образом, получается некая усредненная величина, справедливая для всех, а каждой компании будет причитаться выплата в соответствии с ее потребностями. Сохранности домен придается первостепенное значение, и каждая компания будет получать выплаты в соответствии с числом домен в своем владении. – Он замолчал, выждал немного и прибавил: – Такова общая идея, мистер Реардэн. – И не получив ответа, сказал: – О, конечно, здесь еще много всяких сложностей, которые надо утрясти, но… общая идея такова.