80 лет форы. Часть вторая
Шрифт:
«Девятая группа хорошо подготовлена. Справятся. Хотя придется им повозиться», - мелькнувшая мысль ничуть не сбила концентрацию и вывалившегося из кают-компании коммандера Первый снял даже не задумавшись.
Раздававшиеся то тут, то там автоматные очереди, изредка сопровождаемые пистолетными или револьверными выстрелами, явно говорили о том, что все пошло не по плану. Но, с другой стороны, в отличие от группы майора Родригеса, действовавшей на охраняемой армейскими силами авиабазе, группе Первого здесь серьезного сопротивления быть в принципе не могло - морские пехотинцы веселились на берегу, а
– Якорь вам всем в задницу. Гребаные ублюдские комми!
– вытащив наградной Кольт-1911, Пичелли осторожно перемещался по коридору, прикрытый с тыла старпомом, вооруженным ножом. Мысли разбегались в голове, словно тараканы при включенном свете.
– Сэр, но откуда здесь коммунисты?
– удивленный старпом даже приостановился.
– Из-за океана, идиот. А как ты думаешь?
– Но…
Договорить американец не успел - появившийся в коридоре Седьмой короткой очередью уложил обоих. Уже проходя мимо, он заметил выпавший из ослабевших рук Пичелли пистолет. Наградной Кольт - хороший трофей для молодого офицера, не так ли?
– Машинное отделение наше, - шипение уоки-токи сообщило Первому, что пора приниматься за вторую часть операции.
– Второй этап. Повторяю: второй этап, - даже не убрав рацию, командир диверсантов натянул на голову противогаз.
Присутствовавший рядом Двенадцатый уже откручивал вентиль на баллоне с газом. Команде американского корабля, построенного специально для поддержки десантных подразделений - и даже успевшего выпустить сотню снарядов по японским позициям на Окинаве - предстояло столкнуться со снотворным газом. В этот момент Первый еще раз возблагодарил Бога, что президентэ оказался достаточно умен, чтобы раздобыть чертежи этого монстра. Иначе нужные клапаны его команда искала бы до посинения.
Многочисленные группы южно-американских спецназовцев, с успехом взявших под контроль ключевые точки линкора, в том числе и блокировавшие в кубриках многочисленную команду, получив приказ командира, натягивали противогазы и откручивали вентили на баллонах, бесконечным потоком идущих теперь уже и с берега - майор Родригес, взявший на себя самую тяжелую часть операции, про захват порта не забыл, отправив туда одну из лучших своих команд.
Газ, практически не видимый - но зато хорошо слышимый в шипении многочисленных емкостей, начинал свое беспощадное расползание по вентиляционной системе «Монтаны»…
13 сентября 1946 года.
01:22, Панама, борт эсминца «Элдридж».
– Ничего не понимаю. Кто-нибудь может мне объяснить, какого хрена происходит?
– разбуженный вахтенным офицером капитан Стронски протирал глаза, пытаясь понять, что за выстрелы разносятся над водой.
– На «Монтане» стреляют, сэр, - ответ вахтенного, ничего не прояснив, только лишь разозлил Стронски.
– Это я, черт побери, и так вижу и слышу! Какого хрена они там стреляют, вот что мне интересно!
Узнать ответа на этот вопрос капитану так и не довелось - облепившие дно его корабля мины, заботливо установленные еще одной группой подводного спецназа рванули как раз в этот
13 сентября 1946 года.
10:00, Панама, борт линкора «Монтана».
– Значится так, мистер, я попробую объяснить в последний раз, - полковник Сезарро погрозил гордо стоящему американцу в военно-морской форме пальцем и укоризненно покачал головой.
– По пунктам. Первое: порт и город наши. Полностью.
– Ненадолго, - презрительно скорчил гримасу моряк.
– Молчать, - рявкнувший полковник посмотрел на янки достаточно убедительно, чтобы тот заткнулся.
– Второе: ваши корабли или на дне, или в наших руках. Все до самой последней лоханки.
– И снова: ненадолго.
На этот раз Сезарро не стал ничего говорить, просто несильно ткнув американца в солнечное сплетение. Пока тот пытался отдышаться, бразилец продолжил перечисление:
– Третье. Все американцы в этом районе - наши пленники. А это одних только моряков без малого тысяч десять. И четвертое: у вас есть шанс сохранить жизнь себе и им. Для этого достаточно перетащить «Монтану» ко входу в канал. Если вы это сделаете, то вам не только будет сохранена жизнь - вы даже получите относительную свободу перемещения в лагере военнопленных в Сан-Пауло, - Сезарро взмахом руки остановил собравшегося говорить американца:
– И еще. Мы на войне, мистер американец. И у меня есть боевая задача. И если для того, чтобы ее выполнить мне потребуется прикончить пять тысяч янки - я это сделаю. И даже секундных колебаний у меня не возникнет. Поэтому хорошо подумайте, прежде чем отвечать на мой вопрос. От вашего решения зависит судьба довольно большого количества людей.
Коммандер, с ненавистью глядя на одетого в камуфляж полковника, буквально выплюнул:
– Да будьте вы прокляты, ублюдки. Гребаные предатели.
Сезарро улыбнулся.
– Когда ваши замечательные командиры бросили мой отряд на съедение япошкам на Северном берегу - я тогда примерно также говорил. Так что, как видите, скоро будем в расчете. Но мне только не совсем понятно: ваш ответ - это да или нет?
– Да, - американец опустил голову.
– Вот видите, все было не так уж и сложно. Так что давайте займемся делом.
13 сентября 1946 года
16:00, Вашингтон.
Появление на улице небольшого грузовичка с надписью «Свежие овощи Макнаба» прошло абсолютно незамеченным. Спешащие по своим делам немногочисленные прохожие даже и не обратили внимания на тот немаловажный факт, что появился сей фургончик сегодня несколько раньше обычного, да и двигался явно медленнее.
И то, и другое объяснялось довольно просто - полученная на днях из Мехико шифровка довольно четко говорила, что делать и когда. И вот незадача - это самое «когда» оказалось не посреди ночи, а едва ли не в самый разгар дня.
Компания «Макнаб», оказавшаяся достаточно удачливой, чтобы получить контракт с одним из многочисленных военных ведомств США, поставляла различные продукты в столовые некоторых армейских организаций.
В их числе был и Объединенный Штаб Армии США, чье недавно выстроенное здание имело один очень неприятный недостаток.