Чтение онлайн

О Господи!

Как же мне с ним хорошо!

Юки разглядывала Джуни Мун, когда та клялась говорить правду и только правду.

В принципе подсудимым выступать не обязательно. Отказ от дачи показаний воспринимается негативно, но и согласие редко помогает делу, поэтому адвокат рискует, приглашая своего клиента в свидетельское кресло. Как бы хорошо ни было все отрепетировано, невозможно заранее знать, смутится

ли обвиняемый, или разволнуется, или засмеется в неподходящий момент, или еще каким-нибудь способом восстановит присяжных против себя.

И все-таки Дэвис вызвала Джуни Мун для допроса, и жители Сан-Франциско вместе с наблюдавшими за процессом гражданами по всей стране затаили дыхание, желая услышать, что она скажет. Белая блузка на Джуни висела, простая синяя юбка западала у бедер. В заключении она похудела, и сильно, а когда Джуни подняла правую руку принести присягу, Юки заметила отчетливые синяки на предплечье.

В зале послышались приглушенные ахи и шепот. И Юки поняла, почему Дэвис рискнула всем и пригласила клиентку для дачи показаний: Джуни не выглядела ни шлюхой, ни садисткой.

Она походила на жертву.

Джуни поклялась говорить правду, поднялась к месту свидетеля и села, положив руки на колени, доверчиво улыбнувшись подошедшей Дэвис.

— Как поживаете? — спросила адвокат.

— Вы имеете в виду — в тюрьме?

— Да. С вами все в порядке?

— Да, мэм. Все хорошо.

Дэвис кивнула.

— Сколько вам лет, Джуни?

— В следующем месяце будет двадцать три.

— А когда вы вышли на панель?

— В четырнадцать, — тихо ответила Джуни.

— Как так получилось?

— Отчим надоумил.

— Вы хотите сказать, что ваш отчим сделал из вас проститутку? Что он был вашим сутенером?

— Ну, можно, наверное, и так назвать. Он занимался со мной сексом, как мне исполнилось двенадцать. А потом стал приводить своих друзей, и они тоже спали со мной.

— Вы когда-нибудь заявляли в полицию об изнасиловании или жестоком обращении?

— Нет, мэм, он сказал, что таким образом я плачу за жилье.

— Ваш отчим сегодня здесь?

— Нет, он умер три года назад.

— А ваша мать? Где она?

— Она отбывает срок за распространение.

— Понятно, — сказала Дэвис. — Джуни, вы достаточно умная девушка. Неужели вам обязательно быть проституткой? Разве вы не могли стать официанткой или продавщицей? Или работать где-нибудь в офисе?

Джуни кашлянула и тихо сказала:

— Заниматься сексом — все, что я умею, и я в принципе не против. Словно бы каждый день на короткое время у меня появляется близкий человек.

— Секс сближает вас с незнакомцами?

Джуни улыбнулась:

— Да, на какое-то время у

меня хорошо на душе.

Дэвис помолчала, давая присяжным время проникнуться трагедией беззащитного юного существа, и мягко произнесла:

— Джуни, скажите, пожалуйста, жюри: вы когда-нибудь занимались сексом с Майклом Кэмпионом?

— Нет, ни разу в жизни.

— Так почему вы сказали полиции, что у вас был секс?

— Мне хотелось сделать им приятно, вот я и сказала то, что они ожидали услышать. Я… Ну, в общем, я такой человек.

— Благодарю вас, Джуни. Свидетельница ваша, — кивнула Дэвис Юки.

У Юки возникла мысль — решительная, простая и очевидная.

Сидевшая в свидетельском кресле Джуни казалась такой хрупкой и беспомощной, что лучше всего будет сейчас сказать — у обвинения нет вопросов, отпустить Джуни Мун в зал, а в заключительной речи порвать ее на части.

Ники Гейнс передал Юки записку от Рыжего Пса. Она взяла ее, когда судья Бендинджер нетерпеливо щелкнул резиновым браслетом у себя на запястье:

— Мисс Кастеллано, вы будете допрашивать свидетельницу?

Паризи писал кратко и сильно — всего четыре слова: «Иди и обставь ее».

Юки покачала головой и прошептала Рыжему Псу, перегнувшись через Гейнса:

— Лучше бы нам это пропустить.

Паризи нахмурился:

— Мне что, самому выйти?

Вот вам и очевидная мысль. Рыжий Пес сказал свое слово. Юки встала, взяла со стола фотокопию бланка подтверждения, что права задержанному разъяснены, и подошла к свидетельнице.

— Мисс Мун, — начала она без предисловий, — это признание прав. Вы помните этот бланк?

— Да, кажется.

— Вы умеете читать и писать, не правда ли?

— Да.

— Хорошо. Эта форма была вам вручена сержантом Линдси Боксер и инспектором Ричардом Конклином в отделении полиции девятнадцатого апреля. Здесь сказано: «Прежде чем мы начнем задавать вам вопросы, вы должны уяснить свои права. Вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде». Вот здесь инициалы. Это ваша подпись?

Джуни вгляделась в документ:

— Да.

Юки зачитала весь перечень полностью, останавливаясь на каждом пункте и обстреливая Джуни беглым огнем вопросов:

— Вы это понимали? Это ваши инициалы?

Раз, раз, раз.

После каждого вопроса Джуни внимательно смотрела на листок и отвечала:

— Да.

— А здесь, внизу, отказ от прав. Здесь сказано, что вы понимаете свои права, что не хотите адвоката, что к вам не применялись угрозы, что вас не принуждали. Вы это подписали?