Чтение онлайн

Возражения стихли, когда ее взгляд упал на фигуру в углу.

Здесь было многолюдно из-за обеденного перерыва и ажиотажа первого дня. Тем не

менее, атмосфера была непринужденной. Дети свободно общались со своими

родителями или друг с другом за круглыми деревянными столами с мягкими стульями.

Все столы были заняты, за исключением углового. Одинокая волчица, одетая с ног до

головы в черное, оккупировала его, разложив перед собой стопку книг. В наушниках и с

раскрытым

ноутбуком, её язык тела недвусмысленно заявлял «отвали». Со спокойной

решимостью малышка давала понять, что она неприступна.

Я бы сделал то же самое, если бы на меня никто не обращал внимания. Выбрал бы

столик подальше от бесполезных людей, заблокировав их мусорный шум наушниками и

сделал бы себя недосягаемым для «нормальных». Однако, как уже упоминалось, это

был мир «нормальных». Девчонка своей отстраненностью превращала себя в мишень.

Пия заметила, куда устремилось мое внимание.

— Аксель, - ее голос понизился, вся прежняя враждебность исчезла в пользу

неотложного вопроса. — Можно тебя на минутку?

Когда я моргнул в знак согласия, Пия посмотрела налево и направо в поисках

зрителей, а затем повела меня к пустующей фуршетной линии. Она схватила два

подноса и передала один мне.

Чистый капитал присутствующих в этом кафетерии равнялся одному проценту

будущего ВВП Америки. Учитывая клиентуру, еда была на удивление непритязательной

– хот-доги, картофель фри, гамбургеры, спагетти и салат, разложенные по тарелкам в

стиле шведского стола. Пия положила себе на поднос спагетти и немного салата. Я

рассеянно повторил за ней, мое любопытство разогрел внезапный интерес Пии к

цивилизованной дискуссии.

— Прошло много времени с тех пор, как мы виделись в последний раз, - начала она, уставившись на что-то перед собой. — С тех пор для меня многое изменилось.

Тогда я понял, почему Пия выбрала для разговора очередь за едой. Это было

наименее незаметно, потому что просто казалось, что мы оба заказываем еду в

кафетерии.

— Теперь у меня есть семья, и я здесь, чтобы пообедать со своей дочерью. Она не

должна узнать о… - Пия закрыла глаза и глубоко вздохнула. — Что бы ни случилось

прошлой ночью, я... я готова забыть об этом. Может, я действительно слишком много

выпила, и, возможно, все это было ужасным недоразумением. Давай заключим

перемирие и оставим это в прошлом.

Она говорила с четким намерением, намек был предельно ясен. Пия отчаянно хотела

помешать мне встретиться с дочерью и не желала, чтобы ее прошлое просочилось в

ее настоящее.

Я безмятежно поднял брови.

— Тебе не о чем беспокоиться, когда речь идет обо мне. - Я поднял руку в знак

капитуляции. Ей о многом

стоило беспокоиться, но вызывать у неё истерику вряд ли

было бы продуктивно.

У нее вырвался долгий выдох облегчения.

— Спасибо за понимание.

— Наслаждайся обедом.

— Спасибо, - прошептала она. — Было эм... приятно снова увидеть тебя, наверное.
–

Она неловко тянула время, не уверенная, как положительно закончить разговор

теперь, когда я сдался. — И поздравляю с, хм, всеми твоими деньгами.

Мой позабавленный вид только заставил ее заикаться еще больше. В конце концов, Пия решила закончить наш разговор простым взмахом руки.

Я посмотрел, как Пия уходит, дал ей тридцатисекундную фору, а затем последовал за

ней, чтобы познакомиться с ее дочерью.

— Ты звонила доктору Стивенсону вчера вечером?

Пия сидела напротив дочери за угловым столиком. Мне было интересно, как она

отнеслась к тому, что Амбани пропустил первый день Поппи, тем более что он вряд ли

увидит свою дочь до конца лета. Хотелось надеяться, что усилия Леви привели к

эффектной размолвке между ними.

На лице Пии отразилась паника, когда она подняла голову и увидела, что я

приближаюсь к столу. Ее дочь сидела спиной ко мне. Увидев тревогу в глазах матери, Поппи повернулась и посмотрела прямо на меня.

— Мистер Трималхио, - поприветствовала Поппи без намека на удивление в голосе.

Мои брови взлетели вверх.

Мало что в этой жизни удивляло меня. Изменение семейного положения Пии было

одной из тех вещей, которые пошатнули мой, как правило, невозмутимый облик. Я

замешкался на мгновение, затем перегруппировался и, как всегда, нашел решение.

Это был второй раз, когда меня так быстро поставили в тупик. Я не ожидал от Поппи

монотонного обращения без нотки удивления в ее тоне. Она совершила немыслимое: Поппи удалось застать меня врасплох.

Вредительница знала обо мне. Откуда?

Возможно, она хорошо разбиралась в хаус-музыке и была моей фанаткой. Однако, если бы это было так, ее голос не звучал бы так незаинтересованно, как в той

отрешенной манере, с которой она обращалась ко мне. Поппи говорила так, словно

наше знакомство запоздало, а встреча со мной была уже старой новостью.

Мне следовало этого ожидать. Такие дети, как она, обожали эпатировать взрослых.

Она была наглядным примером угрюмого подростка, которому наплевать на весь мир.