40 ночей с монстром
Шрифт:
И… к чёрту всё!
Мне ведь действительно интересно и хочется попробовать и узнать, каково это – ласкать кого-то. И не только это. Вообще всё. Не собираюсь себе врать и строить из себя недотрогу. Глупо и поздно. И раз уж именно желтоглазый умудрился каким-то немыслимым образом разбудить во мне желание, то пусть так. Именно поэтому больше не медлю, склоняюсь ниже. Губы касаются округлой головки, язык слизывает блестящую каплю, что так манила. Необычный вкус. Немного солёный поначалу, оставляющий во рту привкус мяты в конце, но не противный, как я боялась.
Ладонь
– Возьми полностью. Глубже.
Голос как прежде тихий, вибрирующий, с нотками нужды. Знакомой мелодией проходится по струнам моих нервов, порождая новую дрожь в теле и лишая дыхания в момент. И то не проходит бесследно.
– Расслабь горло. Дыши, девочка, – тут же реагирует мужчина.
Вдох, следуя его словам, выдох. Проще не стало, но давит и правда меньше. А дальше я просто отключаюсь. В моменте, когда из груди желтоглазого вырывается хриплый стон удовольствия.
Может я и впрямь испорченная, но мне нравится его реакция на мои действия. И уже не важно, насколько неумело я его ласкаю. Медленно скольжу губами по всей длине, используя кончик языка для усиления ощущений. Раз за разом. Пока тяжёлое дыхание не становится более рваным, а хриплый стон не сменяет продолжительное рычание на пике его удовольствия. Вкус солёной мяты оставляет во рту ощущение вязкости. Но мне совсем не противно. Хотя отстраняюсь почти сразу, чувствуя себя до жути неловко.
Здравствуй, запоздалый стыд…
Очень хочется спрятаться, но я удерживаю себя на месте. Да и, если совсем честно, мне понравилось доводить его до грани. Но всё равно невольно напрягаюсь, когда желтоглазый тянет меня на себя. Или не совсем на себя. Точнее сперва на себя, а затем я вновь оказываюсь лежащей под ним.
– Моя очередь, – усмехается он, порождая во мне очередную волну смущения.
Мужской язык медленно скользит по шее от основания вверх. Точно так же, как мгновения назад мой собственный облизывал его член. И понимание этого будоражит до дрожи во всём теле. Откинув голову назад, прикрываю глаза в наслаждении. Зубы знакомо царапают плечо, добавляя градус удовольствию, и я со стоном выгибаюсь навстречу действиям желтоглазого.
– Тео, – вот уже во второй раз срывается с губ его имя.
Красивое, как и сам мужчина. Резкое, как он сам. Глухое, как его нежелание слышать меня. И мои мольбы. Когда он вдруг отрывается от моей шеи.
На его губах играет манящая ухмылка. И я не выдерживаю. Подаюсь вперёд и впиваюсь в них со всей жадностью и нетерпением. Ненадолго. Короткий рык и пальцы на шее вынуждают прервать дерзкий поступок.
Замираю.
Смотрю в жёлтые глаза в растерянности и непонимании.
Что я сделала не так?
Этот же вопрос вкладываю в свой взгляд.
Конечно же он его игнорирует.
Зато пальцы на горле смягчают нажим и сдвигаются ниже, а вслед за ними и губы. Невыносимо медленно. Опять сводя с ума. Отмечая
Пальцы поочерёдно обводят ареолы, царапают соски, язык зализывает растревоженный кончик – один, другой. Он втягивает каждый в свой рот, слегка прикусывает. Простое действие острым удовольствием отражается между ног. Низ живота тянет в стремлении получить разрядку. Но желтоглазый всё ещё медлит, хотя губы постепенно, но спускаются ниже.
К моменту, когда они достигают желанной цели, мне достаточно всего одного поцелуя, чтобы тело выгнуло в приступе долгожданного оргазма. Из глаз текут слёзы, губы растягиваются в улыбке и очень хочется смеяться. Приходится их закусить, чтобы сдержаться. Жду, что мужчина уже наконец сделает меня своей по-настоящему, но он опять медлит. Одаривает одним поцелуем за другим, вновь разгоняя по моим венам бешеную страсть.
Сумасшествие.
Разве такое возможно?
Но не успевшее остыть удовольствие принимается разрастаться заново. Ещё более сильное и яркое. Мужские пальцы скользят по моей плоти, раскрывают, надавливают, проникают глубже, пока язык продолжает дарить мне свои ласки.
Слышится треск ткани. Это я слишком крепко сжимаю покрывало в попытке удержать себя в реальности на подольше.
Мужчина вдруг отстраняется, и я едва не начинаю реветь от разочарования. Но он не обращает на это никакого внимания, молча переворачивает меня на живот и ставит на колени.
– Ножки шире, цветочек, – шепчет хрипло, сам же помогая мне принять нужную позу.
Так жутко пошло, стыдно и откровенно. На спине комфортнее. В такой позе я чувствую себя куда более уязвимой. Но спины касаются губы желтоглазого, и неприятное ощущение тает снегом под гнётом его продолжающихся ласк. Пальцы тоже ложатся обратно мне между ног, возвращаясь к начатому. Погружаются внутрь намного глубже, чем раньше. Приятные ощущения разбавляет лёгкий дискомфорт, и я невольно напрягаюсь.
– Расслабься.
Вдох-выдох, вдох…
С губ срывается болезненный стон, когда пальцы сменяет член.
…выдох…
Желтоглазый не двигается довольно продолжительное время, давая мне привыкнуть к ощущениям. И я благодарна ему за это.
Вдох…
Мужчина медленно покидает моё тело, возвращая болезненное ощущение. Новый стон вырывается из груди, превращается во всхлип.
– Дыши, девочка. Глубже. Давай, вдох…
…вдох…
Вместе с его новым толчком в меня.
– Выдох, – командует он вновь, отстраняясь.
Повторяю за ним.
Не сразу, но боль ослабевает. Не до конца, но становится терпимей.
Очередной толчок на вдохе. И на этот раз он воспринимается намного иначе. Вместе с тем, как пальцы ложатся на клитор, возвращая мне все ранние ощущения. Внизу живота вновь зарождаются приятные спазмы. И следующий толчок я приветствую стоном удовольствия. Опять цепляюсь пальцами в покрывало, вытягиваюсь вперёд, утыкаясь лбом в постель. Со сменой позы меняются и ощущения. Как и темп проникновения.