Чтение онлайн

В итоге я приехала, выбившись из графика всего на несколько часов, что лишь сократило наш ланч с представителем университета и тур по городу. Я успешно выступила перед студентами двух американских вузов. Вместо того чтобы махать кулаками после драки, я отпустила ситуацию, которая уже не поддавалась моему контролю, и сконцентрировалась на цели, которая на тот момент была действительно важной, – на выступлении. Более того, я никогда не перестану верить, что ничего случайного не бывает. И если я опоздала на тот поезд, значит, так и должно было случиться.

Итак, вот моя схема, которую я мысленно вычерчиваю каждый раз, когда сталкиваюсь со стрессовой ситуацией. Попробуйте обращаться к ней, пока рефлекторно не научитесь искать решение проблемы,

как только она появляется.

Я часто слышала, поначалу с экрана телевизора, а позже от людей, которые открыли бизнес с друзьями или супругами, что нельзя смешивать рабочие и личные отношения. Работа должна оставаться на работе, а личная жизнь – в рамках твоего персонального времени. В качестве аргументов в пользу этого утверждения выступали заявления вроде «на работе нужно быть уверенным, настороженным и порой агрессивным», «на работе всегда нужно быть готовым к ожесточенному спору и соревнованию». Такой настрой и эмоциональный заряд не могут проецироваться на вашу личную жизнь. Вам самим необходимо расслабляться и отпускать негатив, который будет мало-помалу накапливаться. А близкие вам люди вместо любви и заботы не должны получать лишь очередной поток жалоб и агрессии, накопившихся во время работы.

По тому же принципу может пострадать и рабочий настрой, если вы не разделяете неформальное общение в кругу близких и общение с коллегами. Чересчур дружественные и открытые отношения в рабочие часы могут сделать вас эмоционально уязвимым, что неизбежно обернётся против вас. Когда личная жизнь переплетается с профессиональной и стираются границы, страдаете вы (на вас влияют рабочие переживания) или страдает дело (из-за чрезмерно кулуарных бесед).

Так уж вышло, что блогинг неотделим от нетворкинга. Успех блогера напрямую зависит от общения с целью построения профессиональных отношений. Благодаря ведению своего канала я поняла очень важную вещь: чем популярнее и успешнее вы становитесь, тем больше людей хотят ассоциироваться с вами, быть в вашем кругу общения и «захватить» частичку вашей персоны. Эта простейшая истина открылась мне спустя шесть лет работы в медиа, в постоянном круговороте общения с заказчиками и другим блогерами.

Поэтому запомните вот что: большинство из тех, кого вы встречаете, кто мил и обходителен с вами и кто раскрывает вам секреты, хотят чего-то от вас взамен. Другому человеку нужен тот ресурс, которым вы обладаете: время, популярность, связи или деньги.

В блогинге я почти не встречала людей, чья персона в жизни не отличалась бы от нарисованного ими образа в интернете. Поэтому крайне сложно сказать, каким будет блогер в общении или, скажем, во время работы над совместным проектом. Особенно, если блогер показывает только свои селфи и рекламную продукцию. Вам может казаться, что человек, которого вы смотрите или читаете каждый день, – ваш лучший друг. Но в жизни он может оказаться таким же соседом сверху, который по утрам субботы сверлит стены, а по ночам понедельника двигает мебель.

Иными словами, блогер может вас раздражать своими абсолютно человеческими поступками. И этот факт не является чем-то удивительным или неправильным. Еще до выбора формата блога перед автором встаёт выбор, какой интернет-персоной он хочет быть. Какую сторону себя хочет открывать или каким персонажем хочет предстать перед аудиторией. Добавим к образу элемент монтажа, джамп-каты, цветокоррекцию пастельного или кислотного оттенка – и пойди догадайся, каким блогер является в реальной жизни, по ту сторону экрана.

Даже

сейчас мне сложно увидеть настоящий характер человека до того, как проведу с ним энное количество времени тет-а-тет. А в прошлом слишком часто истинные намерения той или иной онлайн-персоны ошпаривали меня как кипяток уже постфактум. Например, когда блогер уже снял со мной совместное видео, а после сделал фотографию, выставив меня в невыгодном свете. Или просто запечатлел интимный момент, не предназначенный для общественного просмотра.

Когда я только начинала вести свой канал в 2013 году, я была абстрагирована от российского сообщества в YouTube. Я никого не смотрела и никого не знала. Мне была известна и понятна уже устоявшаяся американская схема YouTube-сообществ. Например, я знала, как выполняются спонсированные интеграции в ролики и коллаборации (совместные видео) блогеров. Поэтому, когда мне приходили сообщения от других видеоблогеров с предложением «снять совместное видео», мне такие письма казались как минимум странными. В большинстве случаев человек не только не знал меня лично, но и жил в другом городе, а под совместным видео подразумевалось упоминание друг друга в начале ролика.

Тогда я поняла две вещи. Во-первых, YouTube – это не такое искреннее место, как я думала, будучи зрителем. Во-вторых, отныне мне нужно быть предельно осторожной при общении с теми, кто начинает вести со мной беседу на почве моего блога. Потому что истинные намерения могут быть хорошо завуалированы комплиментами и лестью.

Именно в то время, когда у меня не было ни внушительного количество подписчиков, ни контрактов с мировыми брендами, ни узнаваемых имен в телефонной книжке, я возвела стену. Стену, за которую могли пройти только те люди, которых я уже знала в течение нескольких лет; те, в намерениях и преданности которых я не сомневалась.

И так я жила в своей крепости, пока не поняла, что всё еще ничего не знаю о других блогерах и не ведаю, чем живет русский видео-хостинг. Не скажу, что меня сильно беспокоил этот факт или что сейчас положение вещей радикально изменилось. Я до сих пор не скажу вам, кто самый крупный влогер в России и какой челлендж на данный момент самый хайповый и принесет больше всего просмотров. Но одним летом, когда я вернулась после полугодичного пребывания в одном из самых либеральных колледжей Америки, на волне приумноженной легкости и общительности я согласилась на встречу с одним незнакомым мне блогером. Затем с другим, потом и с остальной «тусовкой». Я никогда не была частью чьего-то круга популярности, и мне было любопытно посмотреть на эту жизни изнутри. Однако мне было свойственно отдавать всю себя и открываться людям, что не могло не догнать меня, дав под дых.

Пробуждающим звонком стал вопрос подруги, которая изначально скептически относилась к моему новому стилю общения. Она спросила: «Маш, ты вообще видишь, что они тобой очень активно пользуются?» – и я будто получила пощечину реальности. Я абстрагировалась от последних недель, посмотрела, какие названия и теги стали выплывать в видео моей новой компании после моего появления в их жизни. Увидела, как они снимали исподтишка какие-то обыденно-личные моменты и откровенно пытались подняться за счет моего имени. Позже, оценив общую картину моего канала и коллабораций, а также поведения тех, с кем делала совместные видео, я четко смогла сказать, кто и с какими намерениями пришел ко мне на канал.

Вряд ли можно испытать удовольствие от того факта, что тебя использовали. Но этот негативный опыт не встал на пути моего дальнейшего развития в блогосфере. Сейчас я увеличиваю количество контактов, проектов и коллабораций. Но делаю это избирательно, перед каждым «да» отсеяв все, что не считаю необходимым и лучшим на данный момент. Я научилась держать дистанцию и смотреть глубже. Я вновь возвела стены, которые служат вовсе не завесой между мной и окружающим миром или средним пальцем в адрес всех, кто ко мне подойдет. Стены лишь защищают меня от токсичных людей и ненужных предложений.