Чтение онлайн

Закончили далеко затемно, но время к ужину не подошло, просто темнело рано. Отправив Катрин, Александру и брата Павла подготавливать полагающиеся отдельной группе журналы — которых оказалось просто какое-то неимоверное количество, Никлас с остальными только сейчас занялся колесами буханок. Отдельной проблемой стала задача найти инструменты и домкраты. Те что были в машинах, Никлас сходу забраковал, не желая нести первые небоевые потери. В гараже нашли всего один нормальный домкрат, и работали с ним, переобувая машины.

Инспектор Горчаков уже покинул территорию базы —

он, похоже, квартировал в здании факультета Полицейской академии, откуда за ним машину прислали. Правильно сделал, по сути — делать ему здесь больше было нечего, а гайки крутить он скорее всего не согласился был.

С приближением ночи заметно похолодало — и Никлас, стараясь делать это не слишком заметно, сейчас дул на окоченевшие пальцы, предоставив возможность Мейеру и Долохову покрутить колеса Боливара. Первая буханка — Буцефал брата Павла, уже стоял переобутая. Причем, поменяв всего лишь колеса, на более широкие и с более крупно-выраженным рисунком протектора, одутловатая и немного смешная машинка уже заметно преобразилась, приняв более агрессивный вид.

Закончившие переобувать Буцефала Тришкин со Студентом только что пошли в гараж греться. И едва они зашли внутрь, как по ушам вдруг ударил пронзительный звук сирены, а внутри гаража зажглось красное аварийной освещение.

— Внимание! Тревога, код — тысяча. Внимание! Тревога, код — тысяча. Внимание! Тревога…

Механический голос не успел повторить оповещение в третий раз, как из зданий казарм высыпал десяток черных фигуры — дежурная группа Соколова. Многие из бегущих на ходу натягивали на себя сбрую амуниции, сам корнет кто-то кричал — раздавая приказы и указания. Двери гаража распахнулись, одна за другой оттуда выкатывались ревущие моторами три машины, уступом вставая на плацу.

Тришкин и Вяземский уже давно вернулись обратно, брат Павел с Катрин и Александрой уже выскочили из здания и подбежали к Никласу. Вся группа Бергера — кроме кота, собралась у криво стоящего на домкратах Боливара, у которого не хватало двух колес с одной стороны.

— Бергер! Бергер! По машинам, с оружием всей группой за мной! — громко закричал корнет Соколов, пробегая мимо. После он заскочил в свою командно-штабную, судя по наличию нескольких высоких антенн, машину.

«Началось в колхозе утро», — выругавшись, повторил про себя Никлас фразу своего первого наставника, которую тот повторял вне зависимости от времени суток предвестником грядущей суеты неприятностей.

— Заводи! — подняв руку, привлекая внимания брата Павла, Никлас махнул ему в сторону готового к выезду Буфефала. — Алекс, держись рядом с Павлом, — посмотрел он в огромные зеленые глаза юной баронессы.

— За мной, — это он уже обернулся к остальным и побежал к стоящему неподалеку джи-вагену. Открыв рывком заднюю дверь, выдал карабин и дробовик Тришкину, а Вяземского нагрузил подсумками с обоймами и патронташем.

— Это Павлу. Бегом, бегом, в машину!

Пока Никлас выдавал оружие Мейеру и Долохову, краем глаза видел, как брат Павел забрал оружие и загнал Тришкина и Студента в салон буханки через боковую дверь, а баронессу

фон Губер посадил на переднем сиденье, рядом с собой.

Никлас, Катрин и вооружившиеся Мейер с Долоховым уже погрузились в джи-ваген. Заведя двигатель, Никлас без прогрева, с проворотом колес на мокром асфальте тронулся с места. Выкрутив руль, подлетел к оставшейся на плацу одной из машин Соколова, которая задержалась в ожидании группы Бергера.

Ратник за рулем крикнув следовать за собой, поехал первым, выезжая в открытые ворота. Выскочив с территории воинской части, ускоряясь, проехали по узкой дороге между жилых кварталов, слетели с горочки, выезжая к ярко освещенной фонарями Царской дороге. Разгоняя на нерегулируемом перекрестке немногочисленные машины — крякающим звуковым сигналом и помаргивая светодиодными проблесковыми маячками, машина из группы Соколова выскочила на трассу. Притормозив, перекрывая дорогу и давая возможность выехать джи-вагену и буханке с Павлом за рулем.

Повернули налево и сразу же увеличили скорость, прилично разгоняясь. Меньше минуты езды и справа промелькнула надвратная церковь Сергиевой слободы, а вскоре впереди показался шпиль Константиновского дворца с гордо реющем на ветру подсвеченным флагом Империума.

Ведущая Бергеров машина из группы Соколова свернула направо в проезд перед забором дворца. Дорога здесь повела под крутой уклон — спустившись, кавалькада машин стремительно покатила вдоль административных и гостиничных зданий, построенных в общем стиле дворцового комплекса.

Проехав мимо парковки большой гостиницы, догнали первые две машины группы Соколова, только что вставшие у ворот. Темноту здесь, кроме обычных фонарей, разгоняли проблесковые маячки на все трех машинах опричной группы. Автоматическая створка ворот уже ползла в сторону, но словно подгоняя ее, раздался пронзительный звук ревуна. Видимо, на одной из машин помимо стандартной громкой крякалки был установлен явно нестандартный клаксон, сравнимый мощностью с корабельным гудком.

Когда створка ворот отползла настолько, что можно было проехать, машины группы Соколова одна за другой рванулись вперед, двигаясь буквально бампер в бампер. Никлас поехал следом, выдерживая дистанцию; он держал взглядом и неяркие габаритные огни впередиидущей машины, и осматривался — сейчас колонна ехала между рядами двухэтажных однотипных коттеджей.

В очередной раз глянув на впередиидущую машину, только сейчас Никлас обратил внимание на горящие синей подсветкой силуэты двух лахтинских небоскребов. Здания были далеко, километрах в пятнадцати — на другом, северном берегу Финского залива, но даже отсюда Никлас впечатлился их исполинскими размерами.

Настолько впечатлился, что едва успел затормозить: две машины группы Соколова уже повернули налево, а вот одна встала у дороги. Ее Никлас, вдавливая в пол педаль тормоза и объехал, буквально облизал, потому что джи-ваген сорвался в боковое скольжение. Раздался глухой удар — всего лишь выгнуло зеркало на буханке корнета Соколова. Сам он сейчас, даже не глядя вернув стойку с зеркалом обратно, высунувшись в открытое окно смотрел на Никласа.