Чтение онлайн

Новое место было вполне подхщим, но пережитые приключения заставляли задуматься. Вообще-то Солу нравилось перемещаться. Каждый раз, когда водяные потоки уносили его с насиженного места, он чувствовал не только страх, но и удовольствие. Движение было ещё одним способом остаться в одиночестве, перемена мест не давала заскучать.

А однажды, после очередного рыва, приключилось и кое-что поинтересней. На какой-то миг показалось, что его сознание присутствует одновременно во всех обрывках, несущихся в разные стороны вместе с ручьями. Потом он опять провалился в темноту — но хорошо запомнил это удивительное чувство. Повторить бы такой эффект,

научиться им управлять…

Только как это сделать, если даже сдвинуться с места не может без помощи водяного потока? Разве что начать расти в определённую сторону?

Сол огляделся. Невдалеке сто сосна. У земли толстый ствол расходится щупальцами крепких корней. Между ними — симпатичные просветы, подбитые мхом. Вот бы где укрыться! И сыро, и светло, и зацепиться можно так, что не унесёт…

Новый побег потянулся в стор дерева.

За три дня он продвинулся не более чем на полметра. Работу осложняли потребности организма: абстрактная идея добраться до сосны время от времени уплывала из памяти, уступая место вполне практичному желанию направить корни в более сырой участок почвы, а листья — на юг, к солнцу. Из-за этого вместо прямого побега получилась какая-то ленивая скрюченная змея.

И все же зака дала результат — хотя и совсем не тот, ради которого все затевалось.

Зрение, ограниченное несколькими метрами, не позволяло с самого начала увидеть, что происходит за деревом. Теперь же, после полуметрового марш-броска, Сол был вознаграждён зрелищем живого существа — первого за все время своей растительной жизни. Существо ползало среди длинных листьев травы позади сосны.

Очередной ключ? Но как до него добраться? О том, чтобы дотянуть росток за дерево, не было и речи. Существо передвигалось гораздо быстрее, и сейчас оно как раз ползло в сторону от Сола. Ему же оставалось лишь пассивно наблюдать за процессом, словно он сидел перед головизором, в пульте которого села батарейка.

Но в реальной жизни батарейку можно заменить. Эх, если бы с ним был Маки…

А с какой неохотой он в своё время согласился на уговоры Рамакришны и завёл себе умный макинтош! Сам пример генерального, его превращение из творческого человека в обвешанного коммутами управленца, убеждал в том, что личный искин — лишь ещё один ловкий способ украсть у человека радость одиночества. Рамакришна, конечно же, верил, что тот, кто заставляет двигаться своё окружение, более свободен, чем тот, кто вынужден двигаться по воле окружающих. Однако Сол видел, что на практике руководящая работа выражается в ещё большем количестве неинтересных связей, и постоянно отказывался от такого «карьерного роста».

Но сейчас его беспокоила другая крайность. Случайные перемещения в ливневых водах — не лучший способ существования. В этот раз ему повезло, целых три дня спокойного роста. Кто знает, что будет дальше?

Неизвестное существо тем временем добралось до границы поля зрения Сола. Вот-вот совсем исчезнет… Ему нестерпимо хотелось крикнуть.

Крупная почка на конце побега лопнула, выпустив на волю большой красный цветок. Из цветка полился мелодичный свист.

Существо остановилось. Потом развернулось и поползло обратно… Ура! Сол возликовал, и его цветок запел ещё громче.

Издали существо было похоже на испорченный огурец. Огурец складывался и снова распрямлялся, быстро приближаясь к Солу. Только почему оно движется задом наперёд? Ага, понятно! То, что Сол принял за крупную рогатую

голову, напоминающую причёски Шейлы, при ближайшем рассмотрении оказалось ярко раскрашенной задницей. Настоящая же голова находилась на другом конце тела — там же, где шесть маленьких лапок и пара острых… Нет, только не это!

Острые жвала впились в тело Сола. Гусеница отгрызала кусок листа. Потом второй кусок, третий… Она пожирала лист с огромной скоростью, и стряхнуть её было невозможно. Рядом появилось ещё несколько таких же головожопых тварей.

Цветок они съели последним.

Нормально прорасти удалось только с девятой попытки.

Может быть, их было и больше. Сол запомнил лишь те периоды, когда более-менее приходил в себя. Это было какое-то особое соотношение влажности и температуры, при котором обрывок корня снова оживал. Зрение возвращалось, когда новый росток разворачивался в лист — но до этой стадии ему удалось дожить лишь однажды. Он пророс тогда в огромном дупле и поначалу очень радовался своему убежищу — вот куда ливень уж точно не доберётся! Однако недостаток влаги оказался похуже ливневых вод. Уже засыхая, он все-таки успел дорастить один корешок до края дупла. Видимо, из этого обрывка он и вырос сейчас на новом месте.

Он снова был на земле. С виду место не отличалось от многих других, где ему доводилось прорастать. Нижние части толстых стволов, кочки с высокой травой… Возможно, он уже бывал здесь — просто в этот раз обратил внимание на другие детали.

Как и во время прошлых «посадок», слух вернулся гораздо позже зрения и совершенно с ним не сочетался. Источники звуков словно бы плавали между листьев Сола, но увидеть их так и не удавалось. Сначала Сол, как и раньше, игнорировал эти слуховые галлюцинации, списывая их на ошибку дремастера. Но пережитые приключения заставляли пересмотреть картину мира. Интуиция подсказывала: без качественного скачка он может надолго застрять между крайностями растительного существования — либо бездвижное сидение на одном месте, либо хаотичные перемещения по воле стихии.

Нужны новые ключи. Между тем, окружающий мирок довольно однообразен. И только звуки остаются загадкой. А двигаться в сторону загадочного — одна из лучших стратегий для прохождения дремля.

Через два дня он научился различать в хаосе звуков обрывки мелодий, которые особым образом задевали все его существо. Волнующая музыка всегда доносилась с севера — с самой несолнечной стороны.

Ещё через день, перебирая в памяти все, что касалось музыки, он понял, что это за мелодии.

Полгода назад Кэт подарила ему брелок-телефум. Не прожив и недели с этой игрушкой, постоянно приносящей ароматические послания от подруги, Сол объявил холодную войну пахучему подарочку. Полностью отрубить телефум означало бы обидеть Кэт. Поэтому он лишь попросил Маки найти и загрузить в брелок простенький синестетический конвертер, переводящий запахи в звуки.

Сол так привык к этим музыкальным «приветам», что совершенно позабыл об ароматической основе игрушки. И однажды решил послать Кэт ответный звуковой подарок — прямую трансляцию с концерта губных гитаристов. Конвертер, работающий в обе стороны, исправно перевёл музыку в запах, и уже в таком виде послание отправилось в Кэт. Кто мог знать, что весёленькая мелодия клик-н-скролла обернётся тухлыми яйцами с примесью жжёных волос?

То, что Сол слышал сейчас, было не музыкой, а запахом. И родной аромат звал ответить.