Чтение онлайн

Сетевые войны, аналогом которых был последний фасон, на первый взгляд казались очень разными. Взять хоть Вторую Скриптовую и Третью Мусорную. В первом случае все наглядно: конфликты технокочевников, начавшиеся в Старых Штатах, а потом захватившие ещё полмира, основывались на разнице используемых ими операционных систем. Тонкая сетевая общность, связывающая людей разных возрастов и мест обитания. Но именно связь позволяла Артели контролировать эти конфликты: двух Архангелов класса «алеф-мульти» было достаточно, чтобы играть в такие шахматы.

Так же легко обшивались почти все прочие секты, соцы и мобы. Само слово «моб», сокращение от «вульгарной мобильности», лишь подчёркивало простоту

этих сетевых сообществ. Ну и что, что у каждой группы свои связи? Главное, что объединяющая группу идея остаётся одной и той же. Архангел чуть подправляет её, конкретизирует цель — и вот уже целая армия психов бежит куда нужно: то ли покушаться на президента, то ли Карнавал Любви проводить. То ли просто поклоняться Далай-Ламе, который опять реинкарнировался в заранее заданной стране, неподконтрольной Старому Китаю.

Зато войны мусорщиков… Пока эта профессия не стала такой почётной, в мусорщики шли настоящие «отбросы общества». И среди них — огромное число мультиперсоналов, считавшихся в то время просто сумасшедшими. Позже, во время конфликтов между мусорными магнатами, любой такой мусорщик-мультик мог оказаться в нескольких мобах одновременно: каждая субличность выбирала собственную банду. А динамику подобного мультимоба уже не спрогнозируешь так запросто, даже если отслеживаешь всю связь. Спонтанные переключения ведущей субличности, помноженные на количество таких расплывчатых «клиентов», ведут к совершенно непредсказуемой синергетике. Можно потратить кучу ресурсов на анализ какой-нибудь банды — а потом обнаружить, что в один прекрасный день она просто исчезла в результате очередного «выбора реальности», который вдруг совпал у всех её членов.

Точно как в супер-экзоте: миллионы наноузлов в разных точках ткани моментально включаются то в одну, то в другую группу. Точки жёсткости и точки свободного соединения, точки охлаждения и точки подогрева…

Конечно, оригаминовые комбинезоны соседей по кибу далеки от настоящих супер-экзотов. Это скорее пародия на них. А может, наоборот, боевые экзоты созданы на основе таких вот мирных игрушек. Военные, которым вечно урезают финансирование, частенько воруют идеи у преуспевающей индустрии развлечений. Или даже заводят собственные дизайн-студии, стараясь делать оружие более привлекательным — как те умники из НАСА, что выпустили систему распознавания целей для умных ракет, способную работать порно-фильтром для детских сетевых сервисов. Зная об этих военных хитростях, многие гражданские дизайнеры специально добавляют к своим работам бессмысленные, даже комичные элементы. Тут уж попотеешь, прежде чем поймёшь, что можно украсть! В таком стиле и выполнены комбинезоны близнецов: нарочито крупные треугольники, примитивная бинарная расцветка.

Но именно это упрощение отлично иллюстрирует рассказы наставницы о фракталах и квазикристаллических мозаиках. Все формы жизни, все формы организации материи и информации имеют общие выкройки. Морозный узор на стекле, ветка дерева, кровеносная система человека, схема узлов Сети…

Хотя Марта читала ей кучу лекций на самые разные темы, Вэри снова и снова возвращалась в мыслях именно к этой. Словно чувствовала, что где-то рядом — разгадка её собственной тайны.

Она уже знала, что «живые картинки» случаются у неё при взгляде на какой-нибудь странный узор — и только тогда, когда она не уверена в правильности рисунка Ткани. Она даже научилась использовать это в своей работе, и подопечные модельеры не уставали восхищаться: каким образом она заранее знает, что крепкая Подкладка лопнет через пару месяцев?

Но механизм видений оставался загадкой и для неё самой. И всякий раз странные подобия, замеченные в окружающем мире, вызывали воспоминания

о «живых картинках» — и ту самую лекцию Марты. Неужели и здесь — тот же закон повторения малых узоров в больших? Но тогда получается…

Стоп-стоп-стоп. Вот об этом не стоит думать. Уж что-что, а намёки Марты на короткую жизнь метамодельеров Вэри помнила лучше всех лекций. И потому быстренько пробежала взглядом по сторонам, отправив сознание в отвлекающий мысленный танец для Третьего Глаза. Затянувшаяся остановка, болтовня соседей по кибу… Даже тот, что слева, наполовину отключил свой ноблик и как будто хочет включится в дискуссию. Интересно, что они там несут?

За то время, пока она разглядывала их одежду, близнецы успели перемыть косточки почти всем возможным виновникам пробки. Досталось и торопливому туристу, что перешёл на ручное управление, и «тем соевым свиньям», что запретили летать над исторической частью города — из-за этого всем приходится ехать через тоннель. Теперь два ушастых японца ругали терраформщиков, которые так облажались: вырастили Коралловую Гору там, где должно простираться ровное плоскогорье для трассы.

На этом месте беседы сосед слева полностью отключил свой ноблик, оказавшись мужчиной в строгом костюме. Из последних клубов тумана, вившихся вокруг лица, вынырнули усталые глаза старика, окружённые розовой, как у младенца, кожей «обновлённого». Затянутый под самый кадык чёрный галстук с цифровыми индикаторами выдавал высокопоставленного слугу народа. Однако ни лысины, ни бороды — стало быть, вождь из него так себе, заключила Вэри.

Член Конвента ещё какое-то время сдерживался, слушая брань молодых. Но в конце концов выпалил, что на самом деле все это подстроила мэрша в сговоре с местными коммерсантами.

Цифры на индикаторе галстука дрогнули, петля на шее розовощёкого политика слегка ослабла: некоторые избиратели поменяли своё мнение о нем на более благоприятное. Приободрившись, член Конвента продолжал:

— В небе пиццу продавать неудобно, вот они и вырастили Гору. С учётом запрета на полёты в историческом центре остаётся единственный путь в Старый Город — через тоннель-мегамаркет. Вот вам и выгода. А мы, между прочим, не развлекаться едем! Лично я отложил встречу с избирателями, чтобы почтить память покойного отца…

От этих слов галстук выступающего совсем распоясался и даже украсился оранжевыми стрелками: рейтинг слуги народа подскочил до невиданных высот. Вэри фыркнула. Она не любила политиков-геронтов. Поглядеть только, во что превратились Старые Штаты после того, как их президентом стал розовощёкий маразматик, умевший пользоваться только двумя вещами: унитазом и ядерной кнопкой. А ведь американцы с тех пор так и не смогли ввести возрастное ограничение для этой высокой должности! Все их попытки отстранить от работы столетних политиков разбивались о стену юристов, которые раз за разом доказывали, что возраст человека нельзя считать по возрасту одного-двух органов, оставшихся от старого тела. Хорошо хоть, что на новых континентах с этим строго. Лучше уж мэрша, победившая с помощью рекламы тампон-журналов для женщин среднего возраста, чем эдакий свеженький гамбургер с мозгами из прошлого века.

— Вот что бывает, когда городом руководит человек, который поддерживает только развитие женского космобола! — продолжал розовощёкий старикан. — А сколько серьёзных проблем остаётся в других видах спорта, которые всем нам гораздо ближе по духу! В прошлом году стрельба из рогатки и гонки за сырными головами были просто выкинуты из олимпийского реестра! Но я верю, что среди граждан этого континента есть ещё люди, не купившиеся на дешёвые лозунги матриотизма. Люди, для которых понятие «психическая родина» — не пустой звук, а…