2012. Лава и пепел

Июнь 2012 года

— О господи, Марти! Ну кто тебя учил делать стейк?! Да тебя даже в «Макдоналдс» котлеты жарить не возьмут!

Барни О’Брайен с легкостью гимнаста выпростал из плетеного кресла свое упитанное тело весом за центнер, отложил запотевшую бутылку «Будвайзера» и мячиком подскочил к решетке барбекю.

— Ты убийца стейков, Марти! — вскричал он. — Я для того искал настоящее австралийское мясо — не какую-нибудь аргентинскую

корову! — чтобы ты сжег его на погребальном костре? Угли должны пылать, но ни одного язычка пламени не должно коснуться этого роскошного мраморного мяса! Ни одного! Смотри, как надо!

Барни завладел лопаткой для переворачивания стейков и оттолкнул незадачливого повара. Марти сконфуженно отошел в сторону, украдкой посмотрев на жену. Джейн хохотала во весь голос, запрокинув голову назад. Марти привычно залюбовался ее роскошными каштановыми волосами и тоже улыбнулся. На Барни невозможно было обижаться. Несмотря на свою фигуру, он был очень легким человеком. Легким и искренним.

— Марти, ты точно англосакс? В твоем роду евреев не было?

— Нет, а что? — напрягся Марти. С Барни всегда приходилось держать ухо востро.

— Жизненное наблюдение. Евреи умеют делать деньги. Но ни один из них не умеет делать стейк.

Кроме всего прочего, Барни был еще и шокирующе неполиткорректен. Он, не задумываясь, в лицо называл гомосексуалиста педиком, афроамериканца — черным, а то и негром. Для него не было скользких тем, он всегда был прямолинеен. И то, за что другого давно уже затаскали бы по судам или пристрелили в темном переулке, ему сходило с рук. Наверное, не только Марти не мог на него обижаться.

— Джейн, тебе с кровью? — долетел голос Барни откуда-то из клубов ароматного дыма.

— Ты же знаешь, мне медиум. Среднепрожаренный, — ответила Джейн.

— А что предпочитает Черная Пантера?

— А мне — с кровью! — со смехом прорычала Шерри, новая подруга Барни, статная девушка с темно-оливковой кожей. Как большинство невысоких пузанов, Барни увлекался рослыми женщинами. При этом их расовая принадлежность его не волновала ни в малейшей степени.

— Барни, — позвала Джейн, — Марти говорил, что ты купил самого лучшего мяса, какое только бывает. Премиум-класса. Это правда?

— Чойс, девочка, чойс, — помрачнел ирландец. — Премиум мне пока не по карману. Австралийское мраморное мясо премиум-класса тебе Марти купит, когда выбьется в специальные агенты. — Барни противно хихикнул. — Но я одно тебе скажу — чойс из Австралии сто очков вперед даст мясу премиум из Аргентины. А, не сочтите меня непатриотичным, американской говядине и вовсе нечего делать рядом с этим мраморным великолепием. Эту корову кормили не травой, пусть даже самой сочной. Она откормлена отборным зерном! Она провела прекрасное время, нежась под ласковым австралийским солнцем. Пастухи были с ней вежливы и предупредительны. Пастушьи собаки не смели на нее лаять. Она пила из родников и кристально чистых ручьев. А когда ее повели…

— Барни! — предостерегающе поднял руку Марти.

— А как звали эту коровку? — четырехлетняя Мэгги,

дочка Марти и Джейн, белокурый ангел, подергала Барни за шорты.

Джейн сделала страшные глаза, предостерегая друга семьи от необдуманных слов, на которые он был мастак, но тот не обратил на знаки ни малейшего внимания.

— Не знаю, Мэг, — ухмыльнулся он. — Но поверь, я никогда бы не стал есть животное, имя которого знал при его жизни.

Джейн закашлялась, поперхнувшись красным калифорнийским вином, которое, естественно, тоже принес Барни.

— Я бы тоже не стала есть нашего щенка Микки, — деловито согласилась Мэгги. — Я же знаю, как его зовут.

Барни оторвался от барбекю и победоносно посмотрел на ошарашенных родителей.

— Ваша дочка больше готова к реальной жизни, чем вы! — провозгласил он.

— Рыжая ирландская скотина, — покачал головой Марти.

— Но-но! Специальный агент Хайсмит! Я на вас в суд подам! — заржал О’Брайен. — Скотину я вам прощаю. Но недостатки моей внешности — это вмешательство в личную жизнь!

Джейн не выдержала и фыркнула. А Шерри давно уже смеялась во весь голос. Марти ничего не оставалось, как присоединиться к ним.

— Специальный агент Хайсмит! — командным голосом позвал О’Брайен. Марти поморщился, но ничего не сказал. — Стейк для женщин готов. Это самая ответственная часть дела. Вам поручается приготовить стейк для мужчин. Они — неприхотливые животные, могут съесть что угодно. Но все же постарайтесь мясо не испортить.

Марти козырнул, принял у товарища лопатку для переворачивания мяса, веер для раздувания углей, сифон для заливания открытого огня и сменил его у гриля. Барни подхватил готовые куски мяса и с удовольствием вернулся к женскому обществу.

Над задним двориком небольшого, но уютного коттеджа, который арендовали Марти и Джейн, клубился ароматный дымок. Щедрое солнце штата Колорадо лишь слегка перевалило за полдень, начав свой путь к снежным вершинам Скалистых гор, которые драконовыми зубами возвышались на западе. Барни развлекал дам, как обычно, всякими загадочными историями — это был его конек. Откуда-то словно издалека доносилось его басовитое неразборчивое «бу-бу-бу». Временами слова Барни прерывались звонким, как капель в горах, смехом Джейн или низким сексуальным голосом Шерри. Рядом бегала по траве со своим щенком Мэгги.

Марти даже прикрыл глаза от удовольствия, но тут же спохватился и вернулся к стейку. Если он испортит хотя бы один, чертов ирландец его со свету сживет. С острого, как чилийский перец, языка Барни еще никто не соскакивал.

— …ну вы сами подумайте! Если снежного человека нет, то откуда у него столько имен? Сасквач, бигфут у нас, йети в Гималаях, они в Японии, леший у русских, яху в Австралии, алмасты на Кавказе… Только в Антарктиде нет своего гоминоида. Не могут разные народы на разных континентах придумать себе одну и ту же сказку по отдельности! Не бывает так! В преданиях всех народов есть легенда о Великом потопе. И наукой доказано — он действительно был! Значит, и снежный человек есть!..