Чтение онлайн

– Какие качества ты более всего ценишь в мужчине?

– Юмор.

– В женщине?

– Заботу.

– Есть ли у тебя любимое слово?

– Жить.

– А нелюбимое?

– Умереть.

– Оказавшись перед Богом, что ты ему скажешь?

– "Я не знал, что Вы есть".

– --------------------------

Разговаривать с Андроном Кончаловским - одно удовольствие. Главное в нём - обаяние ума...

Интервью - это не беседа, тем

более не дебаты. Моё дело задавать вопросы, а не спорить. А иногда очень хочется... Я о многом бы поспорил с Андроном. Например, я считаю, что публика стала меньше ходить на авторское кино не потому, что когда-то в кино ходили люди читающие, а ныне ходят нечитающие, а потому, что изменилось само кино, оно практически перестало быть искусством и превратилось в бизнес. Главное мерило успеха теперь - деньги. Я понимаю, что кино всегда являлось индустрией, что кассовый "хит" или провал во все времена имели значение, но в какой-то момент это оказалось определяющим. Стало понятно: если человеку предложить выбор между товаром, который требует от него соучастия, размышления и переживания, и товаром, не менее талантливо и профессионально сделанным, но не требующим от него ничего, то он выберет второе. Сказанное относится не только к кино, но и к телевидению. Главным в кино стал не режиссёр, а продюсер...

"Дом - там, где любят"... На самом деле дом - это гораздо больше, чем место, где тебя любят. Дом - это твой язык, твои интонации, то, как ходят, жестикулируют, улыбаются, это твоя музыка, это множество мелочей. Это значит чувствовать себя "своим". А если жизнь сложилась так, что нет такого места, тогда и говоришь: дом - там, где любят... или ещё что-нибудь...

– ----------------------

1 июня 2009 года... Сергей Соловьёв...

– Такая история. Писатель написал замечательную вещь. Вы читаете, размышляете, представляете себе, как выглядят разные герои... Но появляется кинорежиссёр, желающий сделать очередную экранизацию... Вопрос: зачем экранизировать?.. Кино же непременно сравнивают: похож - не похож, так - не так. И, конечно, никогда не будет похоже, у каждого своё... Тем не менее все упорно делают новые экранизации... Меня действительно интересует ваш взгляд на это. Но сперва - вопросы с сайта?

– "Глобализация - благо? Не считаете ли вы, что данное явление стирает со временем все идентификационные черты любого народа?"

– Я не могу сказать, что это благо... Она просто есть. Я не противник её и не сторонник. Радоваться по этому поводу я особенно не могу, печалиться тоже, поскольку в глобализации имеется много полезных и толковых вещей.

– Но вы не считаете, что в результате сотрутся какие-то национальные черты?

– Если разумно жить человечеству, то ничего не сотрётся, и человечество будет чувствовать себя единым механизмом в этом колоссальном космосе. А если безумствовать, то всё сотрётся. С глобализацией или без.

– "При СССР был мощный идеологический пресс, однако таланты прорастали, даже инакомыслящие. Сегодня есть экономический пресс, но талантов нет. Есть успешные, модные. Почему так?"

– Я не думаю, что талантов нет. Талантливых людей много. Да, жесточайший экономический пресс существует. И как человек, который жил и там, и здесь, я даже могу сказать, что временами этот экономический пресс - более жёсткая машина, чем любой идеологический пресс, это я проверил на собственном опыте.

– "Создаётся

впечатление, что мир становится более опасным и тревожным. Согласны ли вы с таким утверждением? Или же с развитием телевидения и Интернета на людей просто обрушился поток негативной информации, с которой мы не знаем что делать, потому что ещё не привыкли?"

– Я думаю, что есть основание для тревоги. И валить всё на Интернет и на телевидение не стоит, потому что глобальные процессы вселенских ужасов и катастроф существуют, от них не убежишь, не скроешься.

– "Как вы думаете, почему в нашей стране вместо искусства остаётся один гламур и никакого содержания? Почему так много насилия и криминала по телевидению, а всю культуру сместили на канал "Культура?"

– Потому что мы не знаем удержу - ни в хвале, ни в хуле. Когда у нас была мощная идеологическая надстройка, то мы её как-то преодолевали. Даже было какое-то единение всех нормальных, обыкновенных людей, которые хотели заниматься чем-то человеческим. А потом возникла ситуация "мы будем как все". А как это - как все, - мы на самом деле не знали. И поэтому взяли из этой так называемой рыночной экономики прежде всего самые смешные, безвкусные вещи. Оттуда и пошла эта немыслимая тотальная безвкусица. Может быть, она - самая угнетающая вещь, которая есть в нашей жизни. И в этой тотальной безвкусице появился гламур как новое человеческое образование, новая форма человеческого общежития. А они (безвкусица и гламур) повлекли за собой, соответственно, такие инфраструктурные подразделения, как тотальная безвкусная гламурная музыка, тотально безвкусный сумасшедший кинематограф, так называемый бокс-офисный кинематограф... Ну и всё поехало - в силу нашей наивности и неумения воспользоваться плодами колоссальной революции... Но взамен этого мы сами себе придумали вот эту ахинею, которую знаем сегодня как нынешнее положение дел в искусстве.

– "Чего не хватает современной России? Назовите только одну, саму главную, на ваш взгляд, вещь?"

– Всего хватает современной России. Не хватает только исторического разума. А всё остальное есть.

– Это правда, что ваш отец сыграл роль в истории, способствуя приходу к власти в КНДР Ким Ир Сена?

– Да, правда. У меня благодаря этому сохранились чудесные детские воспоминания. Я жил в Пхеньяне, в японском доме. Японский дом стоял в вишнёвом саду... Стены и перегородки были из папиросной бумаги. И у меня была нянька, тоже японка...

– Кем был ваш отец? Разведчиком?

– Да, он был разведчиком...

– Поговорим о кино. Я вас цитирую: "У меня от природы никаких особых талантов нет. Я не смог выучить иностранный язык в силу неталантливости. Я не смог обучиться игре на фортепиано..." Но для того, чтобы делать кино, тоже нужен талант, или вам кажется, что нет?

– Обязательно.

– Значит, у вас есть талант?

– Конечно. Я ж не говорю, что я тотальный идиот... Там же есть слово красивое - "особых". А кино - это особый талант нового времени.

– Ещё вы говорите: "Кино - это моя профессия, я никогда не изменю ей. А моё удовольствие жизненное - это фотография и театр". Значит, от кино удовольствия нет, а от фотографии и театра есть?

– Я говорю о том, что любая профессия превращает жизнь в некий быт. И даже моя праздничная профессия кинорежиссёра всё равно превращает жизнь в профессиональный быт. А когда я попадаю в театр или занимаюсь фотографией, у меня возникает ощущение праздника, который я сделал себе сам.