Чтение онлайн

Дронов только пожал плечами. Впрочем, и его можно было понять. Группа наружного наблюдения, отслеживающая, по словам того же Дронова, каждый шаг Вассала с Пианистом, и без того работала на грани засветки, и если усилить ее людьми… М-да, это действительно могло привести к провалу всей операции.

После «осмотра достопримечательностей города» в гостиницу возвращались в полном молчании. Голованов не знал, о чем думали Агеев с Дроновым, однако сам он не мог освободиться от тревожного чувства подкрадывающейся опасности, которое может быть понятно только человеку, прошедшему горячие точки. Он

прокручивал во всех вариантах утренний визит баевских пристяжных в «Атлант», и чем больше думал об этом, тем все больше нарастало чувство тревоги. Хотя, если, конечно, следовать нормальной человеческой логике, все его страхи за жизнь сына Марины объяснялись болезненным состоянием его мозгов.

Зачем бы, спрашивается, людям Бая и тем ментам, что работают на него в Краснохолмске, копытить сейчас землю в городе, которая уже и без того горит у них под ногами, а не уйти в тень и не переждать недельку-другую, пока не стихнут страсти по убитому? И уже потом, что было бы вполне логично… Однако Голованов слишком хорошо знал психологию зарвавшихся наркодельцов в том же Афганистане, которая ничем не отличалась от психологии азербайджанских наркоторговцев, с которыми ему уже приходилось сталкиваться в Москве, и мог предполагать, как поведут себя те из них, кто стоял за Баем, кто вкладывал деньги в краснохолмский рынок и кто рулил им, как Бай сам до последнего дня рулил своими шестерками.

Убийство Бая — это сигнал к тому, что кавказцы должны уйти из Краснохолмска, и те, естественно, сейчас в ярости. Заказчика, положим, они знают — Похмелкин-младший, однако до его головы им пока не дотянуться, несмотря на все их связи… Ручонки коротковаты! И поэтому они дали команду «Фас!» на исполнителя заказа, на киллера, вероятней всего залетного.

Как рассказал Дронов, Похмелкин-младший даже не скрывает того, что уже давно нацелился на Москву и в российской столице у него крепко налаженные связи. И… и ежели опять-таки следовать его логике, то и киллера он должен был пригласить не из Тамбова, а все из той же Москвы.

Голованов открыл глаза и негромко выругался. Крути не крути, а будь он на месте того же майора или лейтенанта, непременно зафиксировал бы свое внимание на двоих москвичах, которые за несколько дней до убийства прибыли в родной город Похмелкина-младшего и поселились не где-нибудь на выселках, а в довольно дорогой гостинице, в полулюксовом номере на двоих. К тому же прибыли они в Краснохолмск без какой-то либо определенной цели. То есть ни коммерсанты, ни бизнесмены — никто. А что касается их алиби, о котором упомянул Дронов, так оно вообще яйца выеденного не стоит. Ночной клуб «Атлант» забит людьми Ника, и они, выполняя приказ своего хозяина, могут даже на Библии поклясться в чем угодно.

Оставалось надеяться на то, что эти двое, и особенно Чудецкий, не вписывались в привычный образ киллера, но и этот факт ни о чем не говорил. Заказы подобного плана совершаются не в одиночку, сначала проводится разведка, и уже самую последнюю точку ставит киллер.

С этой далеко не радостной мыслью Голованов выбрался из машины. Оставалось надеяться, что у майора в штатском не будет времени копать столь глубоко. Когда поднялись на этаж и остановились у двери своего номера, Голованов невольно прислушался

к звукам, которые раздавались из номера напротив. Похоже, что работал телевизор, но более… более ни звука.

Агеев, похоже, понял своего бывшего командира.

— Ну и что ты обо всем этом думаешь? — буркнул он, поворачивая ключом в замочной скважине.

— Боюсь, как бы этот козел в штатском не опередил нас.

Агееву не надо было объяснять, кого Голованов имел в виду, упомянув про «козла в штатском».

— Вот и я о том же.

— И что предлагаешь? Агеев шевельнул плечами:

— Вообще-то ты командир, но если тебя интересует мое мнение… Ждать до завтрашнего утра, когда они в буфет соизволят спуститься, нам, думаю, ни к чему, и уже исходя из этого…

Он замолчал, покосился на Голованова и все так же негромко добавил:

— А заодно и кишочки свои кофейком с коньяком прогреем. Если, конечно, эту парочку еще до нас не умыкнули.

— Не каркай!

Осторожно и довольно интеллигентно, чтобы не показаться особо назойливым, Агеев стукнул костяшками пальцев по дверной филенке, прислушался и стукнул еще раз, но уже более настойчиво. В номере напротив продолжал бубнить включенный телевизор, и Филипп уже хотел надавить плечом, как вдруг за дверью послышался негромкий мат, чьи-то шаги и грубый, раздраженный голос:

— Кто? Агеев откашлялся:

— Извините, ради бога, но это… это сосед ваш, из номера напротив.

— Ну и чего? Вживаясь в роль, Агеев пожал плечами:

— Да вроде бы ничего особенного, но… Может, откроете?

За дверью снова послышался раздраженный, негромкий матерок, и Агеев уж подумал было, что придется уйти несолоно хлебавши, как вдруг дверь приоткрылась — и в щели нарисовалась угрюмая физиономия Вассала. По его настороженным глазкам было видно, что он ожидает какого-то подвоха, однако, прощупав незнакомого мужичка вопросительно-изучающим взглядом и покосившись на приоткрытую дверь номера напротив, что, видимо, его вполне успокоило, он несколько расслабился и уже более спокойным тоном произнес:

— Извините. Но сегодня… все утро… то менты какие-то с проверкой документов, то беготня по этажу… Спрашиваю, в чем дело, а мне говорят, будто азера какого-то замочили. Да лично по мне, хрен бы с ним, с этим азером!

— Вот-вот, — поддакнул ему Агеев. — Мы тоже едва собрались в буфет спуститься, как вдруг этот штатский, а с ним три мента при автоматах.

Вспомнив старшего лейтенанта и стволы автоматов, которыми его подталкивали в спину, Филиппу даже не надо было искусственно заводиться, чтобы более убедительно сыграть свою роль.

— Едва ли не на пол мордами положили, когда шмонали по карманам да проверяли документы! — искренне возмущался Агеев. — Я-то сам ничего, привыкший к подобным ситуациям, хотя тоже радостного мало было, но мой хозяин…

— Хозяин? — удивился Вассал.

— Ну! — утвердительно кивнул Агеев. — Мы в номере напротив остановились, этой ночью из Москвы прилетели. Хозяин мой русский немец из Германии, он в деловой поездке по России, ну а я при нем телохранителем. И представляешь?.. Такой пассаж в первый же день поездки!