Чтение онлайн

Раскрасневшегося Абдула проводили громкими аплодисментами. А девчонки подарили ему три розочки.

Костер удался на славу и закончился только в одиннадцатом часу. Зрители расходились веселые, довольные.

К организаторам подошли член завкома Григорий Степанович и секретарь ячейки ВЛКСМ завода Женя Стрельников.

— Молодцы! — похвалил Григорий Степанович. — С полтыщи народу собрали. Да здорово как! Вы дайте у нас в клубе лучшие номера. Рабочие с удовольствием посмотрят… И еще вот что. Нельзя ли тут, при школе, организовать что-то вроде дневного клуба для пацанов? Больно уж наши

работницы жалуются: озоруют ребята. Да и понятно: лето, они без присмотра совсем.

— Дядя Гриша! — смутился Олег. — Так на базе не один наш отряд. И вожатые…

— Во-во! — перебил его Стрельников. — Пока будем друг на дружку кивать… А у Семеновых, понимаешь, мальчишка под трамвай попал!.. Вы начнете. А потом мы с других отрядов спросим… Ты, Курганов, все вожатого просил. Так вот. Не дадим. Пока нет Яшнова, утвердим тебя помвожатым. В порядке исключения. Сам-то скоро в комсомол подавать будешь. Так?.. Не прибедняйся. Справишься. Вон у тебя ребята какие!

— Ладно, Женя. Постараемся, — сказал он Стрельникову. — Только и вы нам помогите.

— Это другой разговор! — улыбнулся Женя. — Приходи. Поможем… Ну, ребята, бывайте. В одиннадцать мне на смену. — Протянул всем по очереди огромную ручищу и пошел к заводу, где до утра будет кидать лопатой уголь в ненасытную топку печи, от которой несет таким нестерпимым жаром, что непривычному человеку к ней и на пять шагов приблизиться невозможно.

— Постарались на свою голову! — ворчал Толька, заливая из ведра горячие уголья костра. — Теперь им еще какой-то клуб потребовался! Чего ты, Олег, не отказался?!

На Тольку накинулись сразу Нина, Галка, Иван и Явор:

— Очумел, Феодал?! Завком же, бюро комсомола просят!..

А Оля Крашенинникова удивленно спросила:

— Неужели тебе маленьких не жалко? Им же скучно…

Итог разговору подвел Олег:

— Ты помнишь, Феодал, наш пионерский отзыв?.. Всегда готов!.. А как дали настоящее дело — сразу в кусты? Да мы в лепешку разобьемся, а задание выполним! У нас в отряде без Васи Яшнова сорок девять человек. В сводном — только тридцать. А остальные? Мух со скуки ловят. Так вот. Завтра после работы, в два часа, назначаю общий сбор отряда…

Отряд собрали по тревоге. Посыльные не признавали никаких уважительных причин, всех тянули в заводской клуб. Семь девчонок и четверо ребят пришли с братишками и сестренками, которых не на кого было оставить.

Олег не стал долго мудрить. Поставил вопрос ребром:

— Ребята, завком и бюро комсомола задание дали нам самое пионерское: организовать для младших братишек и сестренок летнюю площадку. Чтоб не слонялись они без дела по улице, не цеплялись на трамваи, не калечились, как Костя Семенов… Девять лет пацану, а он без ноги остался. Совет отряда решил объявить аврал! В нем участвуют все, кто не забыл, что он пионер двадцать седьмого отряда при ячейке ВЛКСМ завода имени Октябрьской революции…

Полсотни четырнадцатилетних многое могут сделать, если постараются. А они действительно старались. Побывали в каждом дворе прилегающих к школе улиц, говорили с родителями и с ребятами, собирали детские книжки, игрушки, приводили их в порядок, работали во

дворе, в мастерских, копали, строили, клеили, рисовали.

Ко дню открытия детской площадки, пятому июля, часть двора между заводской стеной и школой преобразилась. Земля ровненькая, нигде ни стекла, ни камушка. Под легким толевым навесом, украшенным полевыми цветами, маленькие скамейки, столы. На них — книжки, бумага для рисования, цветные карандаши, игры. Рядом — турничок, квадратная яма с песком для игры, чуть приподнятый над землей бум и качели.

Едва кончилась утренняя линейка и бойцы сводного отряда ушли в школу на работу, как во дворе появились первые посетители — дошколята и ученики первых-вторых групп. К восьми часам их было уже тридцать пять. Нина и Галя познакомились с ними и, разбив на две группы, начали день с зарядки. Наиболее неряшливым пришлось умыться под краном. А солнышко тотчас их высушило, так что и полотенце не потребовалось.

Под присмотром пионеров дежурного звена ребятишки играли, рисовали, разучивали песни. Нина читала вслух сказочную повесть Житкова «Элчан-Кайя», рассказывала о Дальнем Востоке, о тайге и о Тихом океане.

Чья-то бабушка пришла проверить, чем занимаются на площадке. Тихонько подсела на скамеечку и заслушалась… Спохватилась, засеменила к воротам, качая головой: «Это ж надо! Такая молоденькая, а на краю света побывала. Страсть-то какая… Ой-ёй-ёй, а чайник-то, поди, уж до дна выкипел…»

Однажды Олег увидел, как дошколенок, проскользнув в раздевалку школы, боязливо озираясь, выискивал в куче обрезков гладкие чурбачки. «Ну и раззявы мы! — подумал он. — Жалуемся, что игрушек у пацанов мало. А это что?» — и тотчас сказал ребятам:

— Из столярки ничего не выбрасывать, пока я не посмотрю…

Через неделю они вручили пацанам детплощадки большой фанерный ящик, доверху наполненный гладкими кубиками, цилиндриками, треугольничками, кружочками, пирамидками, раскрашенными в яркие цвета.

Подарок имел успех, какого они и не ожидали. Мальчишки тотчас принялись сооружать из кубиков дома, возводить крепости, замки… И чем больше кубиков у них становилось, тем больший размах приобретало строительство.

Оля Крашенинникова, которую Нина сагитировала участвовать в работе площадки, оказалась прекрасной руководительницей. Вокруг нее под навесом часами сидели малышки. Она учила девчушек делать мережку, шить куклам платья, вышивать, продергивать шелковинки в носовые платочки, из цветных лоскутов делать по рисунку забавные аппликации.

Закончив работу, Ванька Руль терпеливо ждал, пока Оля проводит своих маленьких учениц, и они вместе шли домой, на далекую Очаковскую улицу.

Теперь в школьном дворе весь день не затихали голоса. Ранним утром приходили ремонтники Олега и других сводных бригад. Час спустя появлялись самые шумливые — обитатели детской площадки. Когда к четырем часам с работы возвращались родители, двор пустел. Но ненадолго.

Едва спадала жара, тут собирался народ постарше. Приходил физрук Паша Мордовченко со своими добровольными помощниками. Натягивалась волейбольная сетка, и начиналась игра на высадку. Одна команда сменяла другую до тех пор, пока можно было хоть чуть видеть мяч в сгущающихся сумерках.