Шрифт:
Глава I
Счастливчик Шаффи
Совершенно секретно.
База S1-6. Генералу Бастеру
Сэр!
12 июля 1998 года, находясь в утреннем патруле (05.17), обратил внимание на танк Шеридан М 551. Он двигался по северному сектору закрытого полигона. Я решил, что танкисты принимают участие в утренних учебных стрельбах, но в графике стрельб день отмечен прочерком, к тому же, в это время начинается завтрак. Я выкинул сигнал «стоп». Возможно, сигнал не был замечен, потому что танк не остановился. Выпустив две красные ракеты, я попытался связаться с экипажем по рации, но связь забивали помехи. Я еще подумал: наверное, все же готовятся к учениям, но в бинокль на кормовой броне танка были видны грязные металлические ящики. Скорее всего танкисты (Джим Редер –
Он исчез, сэр!
Двигался и вдруг исчез.
Стальная пятнадцатитонная громада.
Это не обман зрения. Въехал за кирпичную маскировочную загородку и исчез!
Следы гусениц до маскировочной загородки отчетливо прослеживаются, а за ней сразу исчезают.
Характеристики пропавшего танка. Экипаж – 4 человека. Вес – 15 т. Длина – 6 м, высота – 3, ширина – 2. Дальность пробега – 550 км. Броня – 13 мм. Вооружение – 152 мм пушка-ракетомет, спаренный пулемет и зенитный. Скорость – до 70 км на шоссе. Легко преодолевает рвы глубиною в 2.5 м. Поступил в часть в начале этого года.
Лейтенант Перри
РЕЗОЛЮЦИЯ: Передать рапорт в Спецотдел майору Моро. Создать комиссию, начать расследование.
Генерал Бастер
16 ноября 1999 года. Французская Гвиана. Кайенна
После вспышек и грохота светошумовых гранат, после стрельб ан рафаль (очередями, одиночными, из положения лежа, на бегу, стараясь уложиться в обязательные две секунды) в длинном, как колбаса, тире, забросанном через окна шашками со слезоточивым газом, сумеречная прохлада бара «Добрый самаритянин» действовала оглушающе.
Конечно, не марсельский бар. И даже не бар отеля «Монтабон».
И Поль Роу, хозяин заведения, правильно привинтил деревянные столы к полу.
И адапты пьют шумно, поскольку прибывают в Гвиану с Антил хотя и по призыву, но вовсе не за тем, чтобы бегать кроссы и стрелять по целям. И даже вид за окном не радует: серые деревянные дома, наклонные крыши, каналы, забитые чахлыми лилиями и серой травой. Во время сиесты даже муравьи замирают, а крысы падают замертво от теплового удара. Замолкают оборванные продавцы падди, белого риса, исчезают с улиц бритые католические священники.
Пыль…
Зной…
Серые стены…
Кайенну определяют лачуги, а не здание префектуры, построенное еще иезуитами. И не тридцатиметровые каменные колонны, видимые с любой точки площади Пальмист. И не институт Пастера с празднично поблескивающим стеклом стен. Даже не новый порт. Кайенна – это серые бараки, источенные муравьями, запах мочи, гнилой рыбы. Кайенна – это трепыхание застиранного белья, вялые розы на пустырях, ароматы острых специй, дешевого табака, нефти, приторной патоки, тростникового сахара, блевотины, кокосового масла, неочищенного рома. Кайенна – это розовые крысы увари, роющиеся в мусорных баках, и трещащая под ногами скорлупа креветок и голубых крабов.
Капрал Тардье держал руку на стакане.
Легионеры Морис Дюфи и Джек Кроуфт следовали его примеру.
Джек Кроуфт задумчиво сплевывал на пол. Это раздражало хозяина «Доброго самаритянина». Он ведь не знал, что через несколько часов легионерам придется нырять в раскаленное чрево вертолета. Девять рядовых, капрал и майор. Один счастливчик останется в казарме. Майор Моро, прикомандированный к штабу полковника Вокулера, решил принять участие в патруле, а вертолет поднимает двенадцать человек. Пилот, майор, капрал – это уже трое. Значит, могут полететь девять легионеров, один останется.
Хозяин заведения подавал пиво адаптам. Он был недоволен. Он морщился и гримасничал. «Они приходят в бар, – жаловался он адаптам, – и заказывают по полстакана на каждого!» Адапты понимающе кивали. Защитная форма, береты,
Капрал незаметно повел плечом.
Первую тройку он уже определил.
Полетят Джек Кроуфт, Лехонь и русский, записанный в легион под именем Мориса Дюфи. Вторую тройку составят Кул и Шаффи, а вместо черного Зеппа можно ввести Тибора. Зепп промахивается на стрельбах. Скорее всего в казарме останется Зепп. Капрал опять покачал головой. Майора Моро очень не вовремя принесло в Кайенну. «Капрал, вы будете работать с майором!» – вот и все объяснения полковника Вокулера.
Капрал оглянулся. Серб Кракар, Райзахер и Тибор сидели на террасе.
Влажную духоту не освежало ни одно движение воздуха. Рыжий неочищенный ром, никакой закуски, даже орешков – к великому раздражению Поля Роу. Он предпочитал иметь дело с адаптами. Хорошо, что Лехонь не притащил свою подружку полис-вумен Атту. Хорошо натренированная меднокожая дрянь. «… Пьяницы, богохульники, всяческая накипь, – доносился до Поля Роу приглушенный голос бывшего порк-ноккера. – Дома пребывание всех этих мерзавцев обошлось бы дороже тридцати фунтов, которые требовались для записи на пиратское судно. Добраться до Золотого города тогда было проще…»
Капрал сделал глоток.
Он был уверен в своих людях.
«Капрал, – сказал ему в штабе полковник Вокулер. – Через несколько часов вы отправитесь к бразильской границе. Координаты вам назовут перед вылетом. – Полковник повел плечом, украшенным погоном с пятью золотистыми полосками. – Возьмете с собой самых надежных легионеров. Девятерых. Десятым сегодня полетит майор Моро. – Он помедлил, будто ждал возражений, но капрал только кивнул. – Придется искать самолет. Понимаете? Нелегкое дело, но самолет упал в сельве. Наши ракетчики ошиблись, такое случается. Ни Суринам, ни Гайана пока не сообщали о потерянном самолете, бразильцы тоже молчат, но самолет был. Понимаете? Самолет точно был. Если проведете операцию грамотно, – полковник внимательно смотрел на капрала, – если поможете майору Моро, можете рассчитывать на очередную лычку».