Удача

Шеф, вертя в руках мельхиоровую зажигалку, бросил наметанный взгляд на посетителя. Странный субъект! Нагрудный номер, антенна – все как положено. Плечи квадратные. Такие атлеты теперь в цене. Можно бы, конечно, взять его. В закрытый отсек, поближе к излучению. И подальше от инспекции, которая в последнее время лезет куда не следует. Слушая монотонный, будто сонный голос посетителя, шеф с привычной злобой подумал о своих исконных врагах из инспекции.

Их, видите ли, волнует безопасность этих белковых истуканов! Не хватает солдат для армии республики! А кто же полезет под нейтронные пучки?

Положим, заставить белкового болвана не так уж сложно. Несколько катодных разрядов – желательно на затылке, – и он становится послушным как овечка. Хотя это и не совсем по правилам, зато выгодно.

Но чтобы добровольно, как этот?..

Шеф снова глянул на посетителя. Чертовски нужен фокусировщик на новую схему. Автоматика на нейтрино влетит в копеечку. Человек? Их сколько угодно, предлагающих свои услуги. И недорого… И инспекцию обмануть с ними куда легче. Но слишком уж это недолговечный материал – человек. А обучить новичка не так-то просто.

Конечно, для участка «тот свет» наиболее подходящая фигура – белковый балбес. Но куда там! Послушать только этих демагогов из инспекции, так нужно отдать последнюю сорочку «нашим младшим братьям».

Попробовать, что ли, в самом деле?

Шеф наморщил лоб. Похоже, что не провокатор. Пожалуй, бледноват – видно, сердце на исходе. Ну, это ничего – лишний аккумулятор для него найдется. В крайнем случае потом отработает. И все-таки странный он, этот белковый…

– Кстати, как твоя кличка? – спросил шеф.

– Кличка? – растерянно переспросил посетитель, качнув антенной.

– Ну да, как тебя нарекли на биоцентре, после того как слепили?

– Простите, босс… я не расслышал… энергия на исходе… моя кличка Рыжик.

– Странная кличка. Мне подобные не встречались, – заметил шеф.

– Меня прозвал так человек-воспитатель еще на учебном полигоне, – торопливо пояснил Рыжик, жалко улыбнувшись, – с тех пор кличка и прилипла.

«На его щеки пошел первоклассный пластик, – подумал шеф. – Какая тонкая мимика! Она отражает малейшие движения мысли». Шеф даже почувствовал некое подобие жалости при мысли о том, что так здорово обученный робот вскоре попадет под смертоносное облучение.

– Работать придется в две смены, – сказал босс. – У компании пока нет второго фокусировщика на нейтрино. Зато жетонов будешь получать вдвое больше. А отдых тебе ни к чему, верно?

– Не совсем, мистер…

– Как это? – глаза шефа округлились от удивления.

– Мне нужно иногда расслаблять мышцы, чтобы не терять равновесия.

– И часто?

– Нет, хотя бы раз в сутки…

– Ну, это не беда. Ладно, я беру тебя, робби, – заключил щеф. – За оплатой компания не постоит. Завтра с шести утра можешь заступать.

Но Рыжик не спешил уходить.

–

Нельзя ли мне сейчас получить аванс? – сказал он. – Хотя бы с десяток жетонов…

– Гм… аванс, – повторил шеф и подозрительно посмотрел на собеседника. А зачем он тебе?

– Видите ли, человек… Я думал зайти в радиомастерскую… Блок памяти пошаливает.

– А! Это похвально, – одобрил шеф. – Работник должен наниматься в полном здравии. «И тебя не придется ремонтировать за счет компании», – мысленно добавил он.

Рыжик глядел на шефа, ожидая ответа.

– Ладно, ступай в кассу за своими жетонами, – великодушно разрешил босс. С богом, до завтра! – И он потянулся к видеофону, чтобы отдать соответствующее распоряжение.

Из холла административного корпуса медленно вышла фигура с квадратными плечами. Придерживаясь за выщербленные гранитные перила, она опустилась вниз и, покачивая на ходу головной антенной, двинулась к выходу.

– Глянь-ка, – подтолкнул Гунмор подчаска, – вышагивает, словно он здесь хозяин.

– Много воли они забрали, эти белковые скоты, – сказал рослый подчасок, сплюнув.

– А людей, пожалуйста, выбрасывают за ворота, – добавил Гунмор.

– Где уж человеку за ними угнаться. Мне рассказывал парень из четвертого отдела, что они, белковые идолы, устали не знают.

– Они вкалывают, пока не разорвется сердце.

– А ты что, разве не так трудишься на Уэстерн-компани? – неожиданно ухмыльнулся подчасок.

– Не болтай лишнего, – строго оборвал Гунмор. – Кругом ищейки компании… Ишь, походочка!..

Последнее восклицание относилось к фигуре, которая, обогнув клумбу с огненными настурциями, направилась прямо к ним.

Безучастно скользнув по лицам двух людей тусклым блюдцем фотоэлемента, фигура миновала турникет и вышла за высоченные ворота.

– Эх, моя бы воля, – сквозь зубы процедил подчасок, нацеливая лазерник в спину уходящего робота. – Вот его поставят к конвейеру, а какого-нибудь парня наладят назавтра в три шеи…

– Не дури, – сказал Гунмор, толчком отведя в сторону узкий, словно соломинка, ствол оружия. – Пистолет по пустякам не включают. Может, и не они во всем виноваты…

Выйдя на крупнозернистый тротуар, фигура зачем-то оглянулась и остановилась.

По приморскому шоссе бесконечной лавиной мчались реабили, пузатые лимбусы на воздушных подушках, одноместные гоночные мальки.

Робот несколько минут стоял, видимо изучая характер движения.

– Отчего бы ему не перепрыгнуть дорогу? – удивился Гунмор, – каких-то двадцать ярдов. Я видел у нас на учебном полигоне – они прыгают, что твои кузнечики.

– Видно, старая конструкция, – откликнулся подчасок.

Робот все не решался пересечь поток.

– А может, у него слишком много этого… как его… инсти… Ну, того, что им прививают, как слепят… – глубокомысленно заметил Гунмор.