Темные пути любви

Перевод: Gray

От переводчика: Любите ли вы литературные штампы так, как люблю их я? Спешу сообщить, что в этой книге собраны они все. Ну, или почти все. Будет здесь и Двадцатипятилетняя Девственница, и Неизлечимая Болезнь, и Верные Друзья и даже Красная Роза. И героини будут прекрасны донельзя, и внешность их будет загадочна и безупречна (за всю книгу хоть бы у кого прыщ выскочил, что ли, честное слово!) И вся эта мешанина банальных клише вдруг совершенно незаметно обернется хорошей, пронзительной историей об обретении

себя и, конечно же, о любви. А еще госпожа Рэдклиф расстаралась - и вплела в ткань повествования несколько своих эротических рассказов и отрывки из собственной же книги “Shadowland”. Так что здесь много всего намешано. Будет вкусно. Присоединяйтесь)

Оден Фрост перечитала стандартный бланк ответа еще раз.

Уважаемая мисс Фрост,

Ваше собеседование назначено на понедельник, 17 марта в 10:00 утра, комната 4000, здание издательства Палмер, 1900 площадь Риттенхаус.

С нетерпением ожидаю встречи.

Искренне ваш

Абеляр Х. Причард, исполнительный директор корпорации Палмер Паблишинг.

На часах было восемь тридцать. Если она пойдет медленно, заглянет в Старбакс и прочтет утренний выпуск Inquirer, то придет всего на полчаса раньше. Местом ее назначения было одно из элегантных каменных зданий, граничивших с историческим центром, и оно находилось всего в пяти кварталах от ее трехэтажного кирпичного дома на Сент-Джеймс Плейс.

Рано – это хорошо. Рано показывает заинтересованность, рано свидетельствует о надежности. Рано выказывает … пунктуальность. Она скроила гримасу. Рано – это безнадега. А я не безнадежна… пока. 

У нее еще оставалась пара тысяч долларов на сберегательном счете, и она разослала свое резюме в каждый издательский дом, журнал и типографию в трех соседних штатах. А еще нужно было возблагодарить бога за двоюродную бабушку Софию и долгие, дождливые зимы.

Вскоре после того, как Оден поступила на первый курс, тетушка Софи решила, что климат Филадельфии нехорош для ее артрита, и поспешно переехала во Флориду. Она назначила Оден управляющей принадлежавшего ей доходного дома и предложила племяннице квартиру на первом этаже, со скидкой на квартплату в качестве компенсации за ее новые обязанности. Теперь, семь лет спустя, центральный район города к западу от площади Риттенхаус стал настолько популярным среди молодых специалистов, что арендная плата подскочила до небес, и Оден в жизни бы не могла позволить себе там жить, сложись обстоятельства иначе.

И я долго не смогу оставаться здесь, если скоро не найду работу. 

Восемь сорок. Прежде чем выйти из дома, она остановилась перед большим, в рост, зеркалом в раме орехового дерева. Среднего роста, среднего телосложения, светло-золотистые волосы средней длины. Ничего выдающегося. Бледно-зеленый костюм не был заоблачно дорогим, но

был хорошо скроен, а шелковая блузка коричнево-желтого цвета, воплощение расточительности, была и отлично скроенной, и дорогой.

Утренний прогноз предрекал необычно теплую погоду, так что она решила не надевать зимнее пальто, и накинула вместо него плащ. Снаружи, на мраморных ступенях, она повернулась боком, давая пройти по узкому крыльцу обитательнице третьего этажа.

– Привет, Гейл.

– Од, привет! А я ходила в... – Шейлок, нет! – смуглокожая, маленького роста женщина, одетая в свитер университета Темпль и мешковатые голубые джинсы, рванула поводок, отдергивая к себе черно-коричневого терьера. Оден рассмеялась и опустила руку, чтобы остановить любознательный нос, прежде чем он бесцеремонно ткнется ей в ногу.

– Мне нужно быть чистой сегодня, так что большое спасибо, но нет.

– Сегодня великое собеседование?

– Ага, - Оден ловко обошла собаку и сбежала на тротуар. Потом подняла глаза на свою квартиросъемщицу и, по совместительству, лучшую подругу, которая стояла на маленькой лестничной площадке, опираясь бедром на кованую железную решетку.

– Это идеальная работа, - сказала она. – Подходящее место, подходящая должность, подходящее… все. Пожелай мне удачи.

– Тебе удача не нужна, - изрекла Гейл, жонглируя поводком, чашкой кофе и пакетом с едой, при этом открывая дверь. – У тебя есть мозги. Позвонишь мне позже и расскажешь все в подробностях.

– А тебе разве не на работу?

– Я только что оттуда. Ночное дежурство.

– Хорошо. Я загляну попозже днем, после того как ты отдохнешь.

– Позвони мне, - повторила Гейл, входя в дом. – Я хочу услышать все.

Оден сделала глубокий вдох и зашагала по улице.

Я надеюсь, что мне будет, о чем рассказывать.

Несмотря на все мыслимые попытки затянуть время, она все равно пришла на пятнадцать минут раньше. Когда двойные, с латунными накладками, двери лифта бесшумно растворились на верхнем этаже Палмер Билдинг, она понадеялась обнаружить там холл или коридор, где можно было бы переждать несколько минут перед тем, как войти в назначенный кабинет. Не тут-то было.

Прямо напротив, в другом конце застеленной темно-красным ковром комнаты, располагалась темного дерева стойка, четко обозначая зону приемной. Кажется, исполнительный отдел занимал весь верхний этаж. Как только Оден подошла, из-за соседнего стола ей улыбнулась вышколенной улыбкой тщательно причесанная рыженькая девушка.

– Доброе утро, - промурлыкала секретарь, - чем я могу вам помочь?

– У меня назначена встреча с мистером Причардом.

Крохотные морщинки, впрочем, быстро исчезнувшие, омрачили безупречное чело секретарши.

– Ваше имя?

– Оден Фрост.

– Минутку, - полуоборот кожаного кресла, пальцы, взлетевшие над клавиатурой, серия записей, промелькнувших по компьютерному монитору. Еще одна любезная улыбка.
– Прошу прошения. Я не нахожу вашего имени. Может быть, в другом отделе? Я сомневаюсь, что мистер Причард…

– Но у меня есть подтверждение, - мягко вклинилась в ее монолог Оден, стараясь, чтобы ее голос звучал ровно. Она протянула письмо через широкую столешницу.