Телеграмма Берия

В книге опубликованы рассказы и новеллы, написанные моей матерью Троицкой Валерией Алексеевной — российским учёным-геофизиком, хорошо известной в мировом научном сообществе. В книгу также вошли её личный дневник, переписка и воспоминания друзей

и коллег.

В захватывающей документальной прозе проступают неординарные качества автора и умение принимать нестандартные, рискованные решения вопреки правилам и законам, принятым в тоталитарном государстве.

Черты же её многогранной личности, проявившиеся в неутомимой научно-организационной деятельности, ярко представлены на страницах воспоминаний её друзей и коллег из России, Франции, Америки и Австралии.

Валерия Алексеевна Троицкая родилась в 1917 году и прожила долгую, удивительную, полную ярких эпизодов жизнь. Являясь свидетельницей и активной участницей разного рода событий, которыми был так насыщен двадцатый век, она во всех ситуациях, с которыми сталкивала её жизнь, проявляла лучшие качества, присущие российской интеллигенции — внимание и доброту к людям, гражданское и человеческое мужество, живой и созидательный интерес к жизни во всех её проявлениях.

Пожалуй, в жизни каждого человека случаются события, реакция на которые в дальнейшем определяют его судьбу. Таким событием в жизни Леры Троицкой, 19-летней студентки Ленинградского Университета, явился арест её отца, мягкого, доброго человека, несправедливо арестованного органами НКВД, в страшные годы людоедского сталинского режима.

Пытаясь спасти своего отца, она совершает целый ряд поступков, исполненных гражданского мужества и продиктованных безграничной любовью к своей семье. Нарушая все правила поведения советского человека, она посылает личную телеграмму Лаврентию Берия с просьбой о встрече, наивно и бесстрашно полагая, что сумеет убедить этого монстра в невиновности папы. Затем она проникает в печально известный «Дом на набережной», где заседала особая тройка НКВД, имевшая право выносить приговор без суда и следствия. И, наконец, используя женское обаяние и присущее ей уже в ранней молодости знание человеческой психологии, проникает в Большой Дом (штаб-квартира НКВД на Литейном проспекте в Ленинграде), где добивается неслыханного по тем временам — свидания с отцом.

Вопреки предложенным обстоятельствам, её усилия увенчались успехом, она побеждает чудовищную систему там, где более осторожные и благоразумные люди терпели неудачу. Через три года после ареста, в 1940 году, её отец возвращается домой.

В 1989 году в возрасте 72-х лет, находясь в командировке в Австралии, вопреки всем правилам, предписанным советским ученым, посылаемым за рубеж, она снова совершает неслыханный по дерзости и смелости поступок, остаётся в Австралии и выходит замуж за известного австралийского ученого, с которым её уже давно связывали близкие дружеские отношения.

Поступок имел большой резонанс в Российской Академии Наук. Достаточно сказать, что кадровый офицер КГБ, начальник первого отдела Института Физики Земли, где тогда работала моя мама, был уволен с работы и сетовал: «Эх, Валерия, Валерия, почему же она не посоветовалась со мной, я бы научил её, как это нужно было сделать».

Круг замкнулся, смелый поступок, совершённый в юности, эхом откликается в другом времени и даёт силы достойно и счастливо жить

с любимым человеком, несмотря на страх перед КГБ и опасения за судьбу детей и внуков, оставшихся в России.

Надежда Мандельштам в своих воспоминаниях приводит удивительно точное определение эмоционального и психологического состояния миллионов советских людей, живших в то время: «Из того, что с нами было самое основное и сильное — это страх и его производное — мерзкое чувство позора и полной беспомощности».

Жизнь моей матери — яркое свидетельство возможности преодоления этого мерзкого чувства и возможности остаться свободным человеком в несвободной стране.

С каждым годом все чаще приходится прощаться с близкими, друзьями и коллегами. Многие уходят, отставив в памяти свои воспоминания, о других вспоминают и пишут свидетели прожитых лет. Так из мозаики осколков прошлого, из человеческих документов складывается картина былого, история недавнего прошлого. Именно таким свидетельством является представленная книга, рассказ о жизни необыкновенной женщины и ученого.

Мои собственные первые воспоминания о Лере относятся к годам, непосредственно предшествующим войне. Она изредка приезжала из Ленинграда в Москву и, несмотря на десять лет, разделяющие нас по возрасту, уже тогда я чувствовал магнетизм ее личности. Я помню ее рассказ о том, как она стала чемпионом Университета по бегу на короткие дистанции, и не мог не заметить, какое впечатление она произвела на моего двоюродного брата Леню…

Мы вновь встретились в эвакуации в Казани в университетской обсерватории им. Энгельгардта на станции Займище. Тогда я понял, что она обучала немецкому языку молодых офицеров, которым предстояло работать в тылу Германии…

Наши пути вновь пересеклись, когда волею судеб я работал в Геофизическом Институте (Геофиане), а Лера была там же в аспирантуре и начала работать в области геофизики. Именно с этой наукой и этим институтом связана блистательная научная карьера Леры. Ее исключительно важным делом в те сложные годы стало развитие международных связей Советской науки.

Действительно, сам предмет геофизики требует глобального подхода, однако тогда это давалось нелегко. Ведь ученые и научное сотрудничество являлись как бы пробными частицами, которые вносили в поле политических сил, с тем, чтобы таким опытным путем определить их природу. Некоторые ученые думали, что их собственное поле способно изменить ход истории, однако на самом деле они были лишь индикаторами сил, а не их источником. В этом случае особенно велика роль наблюдательности и понимания, основанных как на личном вкладе самих ученых, так и на их участии в приоритетах, выработанных мировым научным сообществом как итог развития международных и междисциплинарных научных связей.

Именно сочетание этих качеств, когда знания и обаяние, смелость и риск сочетаются в одной личности, в значительной мере проявилось в феномене Леры Троицкой. Ее жизненный путь представляет для нашей страны особую ценность, когда нам на основе подобного опыта предстоит в современном мире определить свое место в науке, имеющей общее проблемное, инструментальное, а теперь и кадровое пространство.

С. П. Капица Николина гора 1 ноября 2011 года