Супербегун

Super Runner (1982) Перевод: О. Брусова

Джимми заметил его, потому что как раз в ту минуту они проезжали мимо табунка лошадей, пасшихся неподалеку от дороги; он оглянулся. И тут же увидел, как по особой тропе рядом с обочиной приближается Супербегун.

— Папа, — возбужденно

вскричал Джимми. — Смотри, Бегун! Нас Бегун нагоняет!

— Очень интересно. Помаши ему, когда он поравняется с нами, — ответил мистер Андерсон.

— Нет, папа, лучше прибавь чуть-чуть скорость, чтоб я мог поговорить с ним.

— Не стоит, сынок. Мы же не хотим отвлекать его. Если Бегун споткнется или упадет, запнувшись обо что-нибудь, он может погибнуть.

Джимми не сводил глаз с медленно приближающегося Бегуна. По телевизору-то он видел их часто, несколько раз видал и в жизни, но на большом расстоянии. Сейчас же один из них бежал почти рядом с их автомашиной. Джимми даже высунулся из окна, чтобы было удобнее наблюдать за ним.

Автомобиль на воздушной подушке скользил над асфальтом, не касаясь его, двигаясь настолько бесшумно, что в салоне не слышалось ни звука. Так же бесшумно нагонял их Бегун, почти летя над тропой. Вот он выбрасывает вперед одну длинную ногу, затем она медленно начинает опускается, в тот момент, когда она приходит в соприкосновение с землей, мускулы обнаженного бедра напрягаются и снова посылают ее вверх, пока вторая нога в таком же неторопливом и пластичном движении выходит вперед.

Между двумя толчками тело Бегуна так высоко взмывает в воздух, что оказывается на одном уровне с крышей автомобиля. Джимми глядел на него не отрываясь.

Одет Бегун был очень легко. Но это обыкновение всех Бегунов, они предпочитают шорты и майку, причем последняя так коротка, что прикрывает лишь грудную клетку. Сейчас, рассматривая Бегуна почти в упор, Джимми видел, что грудь его очень широка, раза в два шире узкой талии и таза. Ноги атлета бьш чрезвычайно длинными, с сильными, мускулистыми бедрами. Бегуны всегда страшно высокие, и у них так сильно развита верхняя часть туловища, что...

— Ты думаешь, они могут упасть, потому что такие тяжелые в груди, да, пап? — громко спросил Джимми.

— Ну, вообще-то Бегуны не такие тяжелые, какими могут показаться, — ответил мистер Андерсон. — Почти весь объем грудной клетки занимают легкие, но они наполнены воздухом, ребра же — всего лишь тонкие кости. Бегуны не тяжелее в груди, чем мы с тобой.

Теперь он был совсем рядом, и Джимми подумал, что, наверное, Бегун вспотел и запыхался, как это обычно бывает с бегущим человеком, даже если он не выдает скорость пятьдесят миль в час. Оказалось, ничего подобного. Лицо Бегуна выражало полнейшее спокойствие, и когда Джимми помахал ему, тот помахал в ответ. Тогда мальчик прокричал:

— Привет! Вы куда направляетесь?

— Еще двадцать миль осталось. В Хендерсонвиль.

Он ни чуточки не запыхался, больше того, он вдруг укоротил шаги и стал держаться вровень с машиной. Джимми страшно удивился, в жизни не ожидал бы такого от Бегуна.

—

А вы куда путь держите, молодой человек? — поинтересовался тот приветливо.

— К бабушке. Но сначала завернем во-он в тот ресторанчик позавтракать.

— В самом деле? Отличная мысль. Я как раз подумал, что пришла пора и мне перекусить.

— Значит, вы пойдете с нами?

— Не вижу причин, почему бы нет. Твой папа возражать не будет?

Мистер Андерсон улыбнулся и сказал:

— Прошу вас быть моим гостем. Но хотел бы предупредить, что мой сын страшно любопытен, он вас замучит вопросами. Если вам не прискучит отвечать на них, то...

— Думаю, не прискучит. Но гостем вашим я быть не согласен. Дело в том, что мы много едим и счет может оказаться непомерно высоким.

Джимми, не отводя глаз, следил за размеренными движениями бегущего атлета, затем сказал:

— Когда мы поравняемся с перекрестком, машине надо будет перестроиться вправо, и вам придется быть очень осторожным, мистер Бегун.

— Зови меня Дейв. И не беспокойся обо мне. Я знаю, что следует делать, поравнявшись с перекрестком.

Оказалось, и в самом деле знает! Без всякого видимого усилия Бегун неожиданно взмыл в воздух, перелетел через ряд автомобилей и приземлился на траве. Еще несколько прыжков поменьше — и вот он уже стоит у двери в ресторан, поджидая их.

Втроем они устроились в отдельной кабинке, в стороне от остальных посетителей. Впрочем, народу здесь было не очень много.

Бегун сказал:

— Думаю, нам лучше сесть подальше от других, потому что вы, обычняки, чувствуете себя не в своей тарелке, когда оказываетесь рядом с кем-нибудь из нас. Вы не станете возражать?

— Люди часто ведут себя довольно глупо, — ответил мистер Андерсон. — Но после того решения, которое вынес Верховный суд...

— Я знаю. С тех пор к нам стали относиться по-человечески, и теперь наше положение улучшилось. Помню, десять лет назад как раз окончился период моего ученичества, и я получил квалификацию мастера, имелось лишь несколько специально отведенных мест, где мы могли пообедать. Это чинило огромные трудности нашей работе, ибо съестное нам необходимо в огромных количествах.

Джимми невольно бросил внимательный взгляд на стоявшее перед Бегуном блюдо, еды там было раза в три больше, чем у его отца, и мальчик выразительно протянул:

— Ну и ну, Дейв.

— Джимми, — сделал замечание сыну мистер Андерсон, — не забывай о правилах приличия.

— Он прав. Бег поглощает много калорий. Когда я работаю, мне приходится есть четыре раза в день. Но даже при этом я использую много меньше энергии, чем, например, ваш автомобиль на воздушной подушке. Разумеется, это делает нас особыми людьми. Или, например, возьмем мое телосложение. Мы сильно отличаемся от других людей, и они часто начинают испытывать неловкость в нашем присутствии. Всем нам, специ- алам, приходилось с этим сталкиваться. Конечно, нам это не нравится, но думаю, что их чувства понятны. Многие из нас испытывают такие же по отношению к вам, обычнякам.