Старк и звездные короли

Долина Великого Разлома протянулась на юго-восток чуть ниже экватора, впечатляющая трещина на буром чреве Марса. На две с половиной тысячи миль простирается она в длину и на двадцать тысяч футов уходит в глубину, и вся эта невообразимая пустота до краев наполнена мифами и суевериями многих и многих тысячелетий, которые даже марсиане не в состоянии сосчитать.

По погруженной во тьму долине ехал в одиночестве Эрик Джон Старк. Вызов предназначался лишь ему одному. Он настиг Джона неожиданно среди песчаной прохлады в лагере Драйлэнд. Властный, тихий и неотвратимый как сама смерть голос зазвучал в его разуме:

– Н'Чака, - произнес голос, - Человек-Без-Племени. Повелитель Третьего Изгиба просит тебя прибыть к нему.

Всему Марсу было известно, что тот, кто называл себя Повелителем Третьего Изгиба очень долгое время скрывался в глубинах Великого Разлома. Человек? Никто не мог сказать наверняка, даже рамасы, эти практически бессмертные марсиане, с которыми Старк однажды сразился в Синхарате, мертвом городе. Но и они боялись его мощи.

Старк размышлял об этом около часа, наблюдая за красной пылью, стелящейся по изъеденной временем земле странной и незнакомой в слабом солнечном свете.

Необычно, что вызов пришел именно сейчас. Необычно, что Повелитель Третьего Изгиба знал о нем достаточно, чтобы назвать его этим именем - именем, которое было известно немногим, еще меньше было тех, что произносили его. Не настоящее имя, а первое имя, данное ему нечеловеческим племенем, которое его воспитало. Однако, самым странным было, что Повелитель Третьего Изгиба вообще обратился к нему по какому бы то ни было имени, как будто у Повелителя вдруг возникло дело к нему.

Но возможно, это было действительно так.

В любом случае, приглашения в обитель Легенды имели место не часто.

Итак, Старк гнал своего чешуйчатого зверя сквозь вечную ночь долины по направлению к Третьему Изгибу. Хотя тот властный голос больше не появлялся в его разуме, он точно знал, как добраться до пункта назначения.

И он приближался.

Далеко впереди и справа забрезжил свет, слабый, словно задушенный при рождении, но все же это был свет. Он

медленно становился ярче по мере того, как зверь менял направление. Они углубились в Третий Изгиб.

Красноватое сияние крепчало, собираясь из размытого пятна в четкую точку.

Зверь неожиданно дернулся в сторону. Он повернул неуклюжую голову влево и зашипел, глядя во тьму.

– Ну, что теперь?
– спросил его Старк, а рука потянулась к оружию на поясе.

Ничего не было видно. Но ему показалось, что он услышал тихое хихиканье, причем смеялся не человек.

Он убрал руку с оружия. Старк не сомневался, что у Повелителя Третьего Изгиба имелись слуги, и вовсе не обязательно эти слуги были людьми.

Старк пришпорил зверя и поспешил далее, не смотря по сторонам. Его пригласили сюда, и будь он проклят, если проявит страх.

Животное неохотно ступало вперед, а потустороннее хихиканье плыло сквозь тьму, и становилось то громче, то тише. Точка красноватого света впереди расширилась и превратилась в вертикальный прямоугольник, частично завуалированный туманом, который, как казалось, клубился где-то за ним.

Сияющий прямоугольник оказался большой распахнутой дверью, с освещенным пространством за ней. Дверь располагалась в стене здания, форма и размеры которого невозможно было угадать в сгущающейся тьме. У Старка сложилось впечатление, будто это огромная мрачная крепость, вздымающаяся в бесконечную, бездонную ночь, оставляя лишь этот, один единственный проход.

Он подъехал ко входу, спешился, и углубился в клубящийся туман за ним. Старк не мог разглядеть, куда точно он попал: в зал или пещеру, но почувствовал пространство, огромное пространство.

Он остановился и подождал.

Некоторое время не доносилось ни звука. Затем, где-то в тумане тихо захихикал зловещий и не вполне человеческий голос. На что Старк произнес:

– Скажи своему господину, что Н'Чака ожидает его.

Невидимое хихиканье и мельтешение, казалось, гонялись друг за другом, а потом знакомый ему тихий убедительный голос заговорил. Он не был уверен, слышал ли он этот голос ушами или разумом. Может быть, и тем и другим. Голос произнес:

– Я здесь, Н'Чака.

– В таком случае, покажитесь, - ответил Старк.
– Я не имею дела с теми, чьего лица не вижу.

Никто не появился, и голос продолжил бесконечно мягким тоном:

– Дело? Кто-то здесь упомянул дело? Разве у ножа могут быть какие-то дела с тем, чья рука его держит?

– У этого ножа могут. Я должно быть вам понадобился, раз вы вызвали меня сюда. А если уж я вам нужен, то, полагаю, не в ваших интересах меня раздражать. В связи с этим, покажитесь и мы поговорим.

– Здесь, в моей удаленной обители, - сказал голос, - ветра рассказали мне многое о землянине с двумя именами, но не с Земли. Похоже, то, что я услышал, оказалось правдой.

Раздался звук шаркающих по камню сандалий. Туман расступился. Повелитель Третьего Изгиба предстал перед Старком.

Это оказался молодой человек, одетый в очень старый похожий на тогу костюм Высшего Марсианина, полы которого касались пола. Его гладкое лицо было невероятно красивым.

– Можешь звать меня Аарл, - сказал он.
– Когда-то давно таким было мое человеческое имя.