Счастье На Продажу

Найди себе мужика, выйди замуж, нарожай детей, заведи любовника, в общем, стань настоящей женщиной.

Почему-то все говорят, что день свадьбы это один из самых счастливых дней в их жизни. Хотя может, потому что они выходят замуж по любви, а не по расчету, как я например.

Мой жених, а по совместительству лучший друг, а также гей по имени Рома, остановился возле зеркала и поправил бабочку. Глянул на меня, которая хмуро разглядывала себя в зеркало.

–  Что у тебя за прическа?

–

 Лучше бы ты спросил, что у меня за платье.

–  Платье хорошее, потому что я его сам выбирал,- не хотел слушать возражений "счастливый" жених.- А вот, прическа отстой,- и встав мне за спину, распустил все ту "красотищу", которую я собирала и закрепляла невидимками добрые полчаса.

В отличие от меня, у которой руки скорее всего растут не просто из неположеного места, а вероятно, запрещенного, Рома быстро справился с укладкой: несколько минут - мои светлые волосы уложены в высокую и аккуратную прическу.

–  А весь этот маскарад обязателен?
– я неодобрительно покосилась на фату.

По натуре бунтарка я относилась к тем людям, готовым сочетаться браком в чем угодно, хоть голышом, но только не в пышном белом платье.

–  Я не собираюсь жениться на женщине, которая пойдет к алтарю в драных джинсах и мешковатой байке с пятнами кетчупа.

–  Пятна кетчупа я отстирала,- это был единственный аргумент, что я привела в свою защиту, потому что в остальном Рома прав: если бы не воля жениха, я бы пришла в Загс в кедах, майке и джинсах, не причесанная и не накрашенная. Еще в придачу я опоздала, так как скорее всего бы проспала собственную свадьбу.

Вот, такая свадьба, на которую опаздывает не жених, а сама невеста - по мне.

–  Тем более моя мама любит все красивое… - напомнил мне Рома о существовании моей будущей свекрови.

Хотя о Такой женщине забыть невозможно. Надо приложить массу усилий, чтобы добиться эффекта полного стирания её образа из памяти.

–  А также пышное и украшенное множеством блесточек,- добавила я язвительно.

Рома который закреплял фату - мне ведь такие важные аспекты свадебной подготовки доверять нельзя, тяжело вздохнул.

А это могло значить только одно…

–  Ты ей не сказал, что этот брак фиктивный?!
– я хотела было обернуться и посмотреть этому обманщику в лицо, но Рома дернул меня за волосы, прошипев "прическу испортишь". Мне пришлось довольствоваться лишь его отражением.

–  А как я мог ей сказать?
– поинтересовался с возмущенными интонациями Рома.- Она так обрадовалась, что я перестал быть геем. Мне стало жалко её разочаровывать.

Я мрачно посмотрела на Ромино отражение - он, поймав адресованное ему обещание "сладкой" семейной жизни, развернул меня, положив широкие ладони на узкие плечи.

–  Слушай, ты обманываешь миграцию, а я родителей. Только не начинай мне читать нотации. Ладно?
– прижав палец к моим раскрывшемся губам, он остановил

поток красочных эпитетов.- Ты счастливая невеста, а я счастливый жених.

–  Пойду выпью от разбирающего меня счастья,- буркнула я, сбрасывая его руки.

–  Только не напивайся, - заботливо предупредил меня муженек.

Я отмахнулась от его слов.

Тоже нашелся мне советчик!

–  И платье не запачкай!
– донеслось вслед.

О, такое чувство, будто ты его на свою настоящую свадьбу мечтаешь надеть!

Вообще, я бы рада не выходить замуж, но обстоятельство сложились так, что, окончив университет, я не смогла найти работу в Литве, поэтому мне грозит депортация обратно в Беларусь. Однако Европа на то и есть Европа, что очень там хочется остаться. Тем более имея шенгенскую визу можно уехать в более престижные страны. Например, Германия или Бельгия.

Выход предложил Рома.

Когда я плакалась ему о своих проблемах: о парне, который меня бросил, о нехватке денег, о том, что меня скоро вышлют из страны и прочем, он, щедро плеснув мне виски с стакан, предложил выход:

–  Жить можешь у меня. Все равно квартира трехкомнатная, а я там один. Затем с работой попробую тебе помочь, только не факт, что получится быстро… Сама понимаешь, как тут все сложно,- кивнула, согласная с его словами, затем отпила немного виски, чтобы унять дрожь, вызванную рыданиями.

–  А как быть с миграцией?

–  Есть у меня один способ.

–  Остаться нелегально?
– поинтересовалась.

Идея с замужеством мне как-то в тот момент вообще в голову не пришла: это же я, а это Рома, тем более девушки ему не нравятся… Одним словом, я подавилась, когда друг произнес, думая над моим вопросом не более нескольких секунд:

–  А выходи-ка ты за меня замуж. Прости, прости,- поспешно начал извиняться, постукивая меня по спине.- Я не знал, что тебя это настолько обескуражит.

–  Ты… кхе-кхе!… предупреждай, когда такое говоришь!

–  Хорошо. В следующий раз, когда буду предлагать тебе выйти за меня замуж, перед этим обязательно скажу: "Ангелина, я сейчас предложу тебе руку. На сердце не рассчитывай. Оно принадлежит тому прекрасному бармену из клуба "Сохо". И пожалуйста, во время предложения ничего не ешь и не пей, иначе подавишься". Так лучше?

–  Да… И погоди: это какому бармену принадлежит твое сердце?
– поинтересовалась, я, припоминая одного симпатичного блондина, которому строила глазки.

–  Такой светленький… Ты чего на меня так смотришь?
– спросил Рома настороженно.
– Ой, не только не говори, что я увел у тебя кавалера!
– шутливо отмахнулся.
– Дорогая,- заметив, как к моим глазам снова подступают слезы: на этот раз от моей неспособности отличать гея от натурала, мягко заговорил Рома,- только не плачь. Подумай сама благодаря твоей неразборчивости мы и стали друзьями.