Рассказы

Эта весть довольно медленно распространялась по УДРОМАРу. Пусть читатель не подумает, что УДРОМАР — название какого-нибудь бронтозавра или другого доисторического животного. Это всего лишь сокращенное обозначение Управления дорожно-ремонтными и оползневыми мастерскими в районе. Аглая выходит замуж! Новость и впрямь никого не взволновала, и казалось, все пойдет своим чередом. Но за три дня до свадьбы бомба взорвалась. Спыну, доверенный

человек директора, близко принимавший к сердцу все дела управления, узнал вдруг, кто она, эта самая Аглая. И тут же влетел в кабинет начальника, взъерошенный, даже слегка испуганный.

— Товарищ директор, Петришор выходит замуж. Слыхали?

— Нет. Кто это — Петришор?

— Да Аглая. Из планового отдела.

— Ну и на здоровье.

— И это все?

— Ну, выложим каждый — я имею в виду руководство — по десять лей и купим цветы.

— Но, товарищ директор, это же наш сотрудник, надежный товарищ.

— А разве другим мы собирали больше?

— Нет, то есть вообще нет, но…

— Но что?.. Ближе к делу, Спыну.

— Пе-три-шор. Эта фамилия…

— Что в ней особенного?

— Она ничего вам не говорит?

— Ничего. А тебе?

— А товарища Петришора из уездного комитета знаете?

— Неужто родственники?

Вздрогнув, директор отрывает взгляд от бумаг, которые подписывал, и с отвращением отодвигает их.

— А почему бы и нет?

— Ты прав. Вполне возможно. Из-за этой кутерьмы с бумагами я как-то не подумал. Что же ты предлагаешь?

— Обдумать вопрос.

— Верно. Десять лей — это же смешно… Черт побери! Есть же у нас совесть.

— Надо сначала проверить, родственники они или нет.

— Непременно. К завтрашнему дню ты должен любой ценой узнать правду. Не будем торопиться, спешить, товарищ Спыну. Тут затронуты интересы управления. Ясно, мой мальчик?

Но Фэнел Спыну не успевает ответить. Раздается стук, и в дверях показывается встревоженное лицо товарища Нестора, предместкома.

— Срочное дело? — коротко спрашивает директор, нервно шагая по кабинету.

— Очень.

— Входи.

— Товарищ Аглая выходит замуж…

— Мы уже знаем. О том и говорим. Что тебе известно?

— А что мне должно быть известно?

— Она родственница…

— Да.

— Точно?

— Абсолютно.

— Как бы то ни было, об этом подумать надо.

— Когда думать? Время-то не ждет… Кладем по полсотни. Все руководство. Что покупаем?

— Кофейный сервиз, — предлагает Нестор.

— Слишком банально, — возражает директор.

— Паркеровскую ручку с золотым пером, — предлагает Спыну.

— Больно дорого… Эко хватил. В конце концов, товарищ Аглая не наша родственница.

— Ручку пусть покупает

ей двоюродный брат, словом, родственничек… А вы найдите китайскую вазу, она стоит с полтыщи. Самый подходящий подарок.

— Вот и хорошо, — соглашается Спыну, готовый начать сбор денег.

Директор прикуривает, нажимает кнопку. Входит секретарша.

— Товарищ Мария, случайно не знаешь… Аглая из планового отдела действительно родственница…?

— Действительно, товарищ директор.

— Откуда тебе это известно?

— Все об этом говорят.

— А какая она родственница?

— Племянница. Дочь брата…

Все трое потрясены. Секретарша, сообразив, что сообщила неприятную весть, удаляется. Директор, как человек, отвечающий за бесперебойный ход работы управления, отягощенный бременем решения трудных, глобальных вопросов, обескуражен.

— Теперь что скажете? — спрашивает он, гася папиросу. — Племянница. Разве я не должен был об этом знать?

— Даем по сотне, — говорит Нестор таким тоном, словно собирает на похороны.

— Согласен. И покупаем ручку…

— А ты пойди к ней, расспроси, что бы ей хотелось, какой подарок. Что ты уставился, Фэнел, на лбу у меня ничего не написано. Помогите же мне. Все тут сложнее, чем мы думаем… — Директор задыхается, нервничает, он никак не придумает выход из этой щекотливой истории.

— Вспомнил, — спохватывается Фэнел. — Она мечтала о калькуляторе.

— Слава богу, что не о компьютере, — глухо стонет директор.

— А сколько он стоит? — шепотом осведомляется Нестор.

Гробовое молчание нарушено приходом секретарши. Лицо у нее на этот раз спокойное, ясное.

— Что у тебя, Мария?

— Я проверила, товарищ директор. Звонила в кадры к товарищу Мэнэилэ.

— Ну и что?

— Никакая Аглая не родственница товарищу Петришору. Абсолютно точно. Просто фамилии у них одинаковые.

Нестор облегченно вздыхает, словно освободился от тяжелой ноши. Фэнел достает папиросу, а директор, усаживаясь в кресло, обессиленно говорит секретарше:

— Проверь еще раз, Мария. Мы должны знать наверняка.

— Я так и сказала Мэнэилэ. Пусть проверит и перезвонит.

— Как же быть? — торопливо спрашивает Нестор.

— Соберем по десять лей на брата, и баста, — решает начальник. — И пожелаем всяческого благополучия. Не бросать же деньги на ветер.

Директор выходит в приемную секретарши.

— Выложим-ка лучше по двадцать пять, а не по десять, на всякий случай, — говорит уже спокойнее Нестор.

— А вдруг она все же родня, тогда как, а? — таинственно тянет Фэнел.

— Никакая она не родня.

— Ты уверен?

— Готов биться об заклад.