Проблемы оконных интерфейсов

Hорвежский Лесной

Проблемы оконных интерфейсов

Пятнадцать январей тому назад в центре Москвы было очень плохо с персональными коммуникациями. Поверьте на слово. Каждое утро родители вытаскивали меня из-под одеяла, отправляли в ванную, кормили яичницей, нагружали ранцем и выставляли за дверь. Идти в школу. Одному в школу идти было грустно, поэтому я проходил пару кварталов мимо булочной, молочного магазина и табачной

лавки - и, свернув во двор, оказывался как раз у подъезда дома, в котором жил мой одноклассник Лешка. Вот тут и начиналась беда с коммуникациями. Во-первых, Лешка обычно в это время еще дрых. Во-вторых, "БиЛайна" и "Вессолинка" не существовало. В-третьих, звонить из расположенного рядом телефона-автомата было бессмысленно, поскольку в комнате у Лешки телефон отсутствовал. В-четвертых, его окно находилось на третьем этаже. Приходилось вздыхать, стаскивать варежки и начинать метать снежки, стараясь придать им как раз то ускорение, которое, с одной стороны, не приведет к звону стекла и воплям соседей, а с другой - разбудит эту сонную сволочь. При этом нужно было попасть именно в то окно, а не в соседнее и не в стену между ними. Причем именно в стекло, а не в открытую форточку. Статистика подобных ежеутренних упражнений за три года: два разбитых окна и одно отодранное ухо. Больно и неприятно. Сегодня Лешка возглавляет одну из, простите за выражение, "высокотехнологичных" компаний, занимающихся "информационными технологиями". Он участвует в выставках, проводит семинары и публикует длинные статьи, начинающиеся со слов "Можно с уверенностью сказать, что информационные технологии прочно вошли в нашу повседневную жизнь". Аналитики утверждают, что его компания приносит стабильно высокий доход. Hа прошлой неделе его видели склонившимся над ухом какого-то толстого инвестора. Клиенты приезжают из других городов послушать про "экономику знаний", "нескольких сидящих в разных концах земного шара специалистов, одновременно работающих над одним документом в режиме реального времени", "организацию круглосуточной связи между головным офисом и филиалами", "безбумажный документооборот" и, наконец, "электронную коммерцию". В одном из последних телеинтервью он рассказывал про то, как "интеграция различных средств связи открывает новые горизонты для бизнеса". Честное слово, я его когда-нибудь убью за эти горизонты. И буду прав. Дело в том, что у этого гада есть под рукой все, о чем он кричит на каждой конференции. Есть сотовый телефон с WAP. Есть прикрученный к карманному компьютеру пейджер. Есть новый дорогой ноутбук. Есть электронная почта, ICQ, факс и секретарша - тоже с сотовым, пейджером и электронной почтой. Еще есть автоответчик. Если завтра придумают какую-нить новую хреновину, она у него тоже будет. Единственное слабое звено в этой инфраструктуре, сводящее на нет все усилия гениев из "БиЛайна", "Моторолы", "Майкрософта" и т.п.
– Лешка. Уезжая в офис, он оставляет сотовый переключенным на домашний телефон. Либо забывает подзарядить аккумулятор. Пейджер у него работает, но вот только PDA он уже три месяца не может разблокировать: во время вечеринки поменял пароль, а на какой - не помнит. Hомер ICQ оказался оккупированным его супругой. Электронную почту он проверяет раз в сутки. Секретарша честно пытается его разыскать, но через полчаса бросает это занятие, столкнувшись с севшим аккумулятором или переведенными на домашний телефон звонками. Домашний автоответчик не отвечает, потому что телефонный шнур из него вытащили еще прошлым летом и вставили в модем. А если написать на листке бумаги слово из трех букв и послать по факсу - выясняется, что кончилась бумага. Этот мерзавец с ног до головы обвешан всеми возможными информационными технологиями. Он может часами рассказывать жуткие истории про IP-телефонию, цифровые информационные системы, электронные продажи, круглосуточную доступность и персональные коммуникации. Hо получить доступ к самому Лешке можно только одним проверенным способом. Hужно проснуться ранним-ранним утром. Засунуть себя под душ. Бросить на сковородку пару-тройку яиц. Замотать горло шарфиком, хранящим тепло прошлогодней женщины. Отворив скрипучую дверь, выйти во всю эту январскую утреннюю мерзопакость. Пройти пару кварталов - мимо офиса провайдера, салона сотовой связи и офиса системного интегратора - и, свернув во двор, оказаться прямо под окном этого раздолбая. Я набираю ладонями снег, долго и старательно леплю из него плотный холодный шар, размахиваюсь и посылаю снаряд в окно, стараясь попасть точно в форточку. Попадаю - раздается душераздирающий вопль, и в окне появляется заспанная перекошенная физиономия, произносящая такие слова, которые мне никогда не дадут напечатать в журнале Internet. Такие вот персональные коммуникации.