Прекрасная катастрофа

Все в комнате кричало, что я здесь чужая. Лестница была полуразрушена, шумные верзилы были плечом к плечу, а воздух был смесью запахов пота, крови и плесени. Размытые голоса, выкрики номеров и имен, движения рук, обмен деньгами и общение жестами через шум.

Я протиснулась сквозь толпу, следуя вплотную за своей лучшей подругой.

— Следи за бумажником, Эбби! — крикнула мне Америка.

Её зубы сверкнули в тусклом свете подвала.

— Держись ближе! Станет еще хуже, когда все начнется! — прокричал

Шепли сквозь шум.

Америка схватила его руку, а потом и мою, пока Шепли проводил нас через море людей.

Резкое блеяние из охотничьего рога быка прорезается через задымленный воздух.

От неожиданности я подпрыгиваю и оглядываюсь, пытаясь понять, где источник шума.

Человек стоял на деревянном стуле, держа в руках пачку наличных в одной руке и рог в другой.

Он поднес его к своим губам:

«Дамы и Господа, добро пожаловать на кровавую баню! Если вы искали класс, где проходят занятия по экономике один на один… то вы, ошиблись блять кабинетом, мои друзья! А если вы искали Арену, то это ваша Мекка и Иерусалим! Меня зовут Адам, я устанавливаю правила, и я объявляю начало боя. Прием ставок заканчивается, когда противники выходят на арену. Не прикасайтесь к бойцам, не помогайте, не согласовывайте пари, и не вторгайтесь на ринг. Если вы нарушите эти незамысловатые правила, из вас вышибут всю дурь, а после выкинут без ваших денег. Дамы, это и вас касается. Так что, не пытайтесь использовать ваших членососок, чтобы наебать систему, мальчики!»

Шепли закачал головой.

— Иисусе, Адам! Зачем так материться?! — крикнул он ведущему сквозь шум.

Мое сердце колотилось в груди. В розовом кашемировом кардигане и жемчужных серьгах я чувствовала себя как 40-летняя девственница на нудистском пляже..

Я обещала Америке, что я смогу спокойно воспринять все что будет происходить, но сейчас когда мы подошли к точке не возврата, я почувствовала, что хочу вцепиться в её руку и не отпускать.

Она не хотела бы подвергать меня опасности, но будучи в подвале с пол-сотней пьяных студентов жаждущих крови и денег, я не вполне уверена в наших шансах уйти невредимыми.

После того как Америка встретила Шепли, на собрании первокурсников, она стала сопровождать его на подпольные бои, которые проводились в подвалах Восточного Университета.

Каждое мероприятие проводилось в разных местах, держалось в секрете и не разглашалось раньше чем за час до боев.

Войдя в некое подобие клуба четких парней, мне было интересно узнать о подпольном мире Западного Универа. Но Шепли, он знал все это, ещё до того как поступил.

Трэвис, сосед и двоюродный брат Шепли, привел его на свой первый бой 7 месяцев назад.

Как первокурсник, если верить слухам, Тревис был одним из лучших участников, которых видел Адам за 3 года существования Арены.

Начиная со второго курса, Трэвис был непобедим.

Благодаря выигрышам, Тревис и Шепли, легко оплачивали аренду и счета.

Адам поднес бычий рог к своему рту снова, и выкрики стали более возбужденными.

— Сегодня у нас новый участник! Звезда борцов восточного университета, Марек Янг!

Последовало

оживление и толпа расступилась как Красное море перед Моисеем, когда Марек вошел в комнату.

Пространство арены очистилось и толпа освистывала и издевалась над претендентом. Он прыгал вверх вниз, качал головой вперед назад, его лицо было серьезным и сосредоточенным. Толпа стихла до вялого рева, и затем мои руки дернулись к ушам, когда музыка заорала из огромных колонок на другой стороне комнаты.

— Наш следующий боец не нуждается в представлении, но так как он пугает меня до жути, я его представлю!

Бойтесь мальчики, и роняйте трусики девочки! Тревис «Бешенный Пес» Меддокс! [1] .

Зал взорвался в приветствии, когда Тревис появился в дверном проеме.

Он шел без рубашки, расслаблено и непринужденно.

Прогулочным шагом он вошел в центр круга, будто бы это был обычный день. Его сухие мышцы напряглись под татуированной кожей, когда он выставил свои кулаки, напротив кулаков Марека.

Тревис наклонился и прошептал что-то на ухо Мареку, и борец попытался сохранить суровое выражение лица. Они стояли впритык друг к другу и смотрели друг другу прямо в глаза.

Выражение лица Марека было убийственным, Тревис же выглядел слегка удивленным. Мужчины сделали несколько шагов в стороны и Адам дунул в рог.

Марек принял защитную стойку, а Тревис атаковал.

Я встала на носочки раскачиваясь из стороны в сторону чтобы лучше видеть, медленно продвигаясь вперед сквозь ревущую толпу.

Чьи-то локти и плечи толкали меня из стороны в сторону словно мячик.

Макушки голов Марека и Тревиса стали видимы, и я продолжила протискиваться вперед.

Когда я наконец добралась до края, Марек схватил Тревиса своими руками и попытался бросить его на землю.

Но наклонившись, получил удар от Тревиса, коленом в лицо.

Прежде чем Марек сумел придти в себя от удара, Тревис атаковал его. Его кулаки били и били, снова и снова, пока лицо не стало напоминать кровавое месиво.

Кто-то схватил меня за руку и я вздрогнула.

— Какого черта ты делаешь, Эбби? — сказал Шепли.

— Я ничего не вижу сзади! — крикнула я.

Я повернулась назад, в тот самый момент, когда Марек получил очень сильный удар.

Тревис разворачивался в пол-оборота, и я подумала, что он хочет увернуться, но он резко развернулся обратно и нанес удар локтем прямо Мареку в нос.

Кровь хлынула и забрызгала мое лицо и мою жилетку.

Марек повалился на бетонный пол, и наступила полная тишина.

Адам бросил на его безвольное тело алый кусок ткани, и толпа взорвалась.

Деньги меняли руки, снова и снова, а лица выражали весь спектр эмоций, от самодовольства до полного разочарования. Меня затянуло в этот водоворот событий.