Шрифт:
Поле битвы — Земля
Сага 3000 года
ЧАСТЬ 1
1
— Люди, — громко произнес Терл, — очень опасные существа. Покрытые густой шерстью лапы братьев Чамко застыли над клавиатурой. До этого оба увлеченно играли в лазерную охоту. Братья приоткрыли ороговевшие веки и изумленно уставились янтарными зрачками на говорившего. Даже официантка, возившаяся с посудой, посмотрела на Терла с тревогой. Прозрачный купол зала отдыха Межгалактической Рудной Компании таинственно пропускал через себя легкие отсветы ночного неба. Луна тускло серебрила крестообразные переборки огромного помещения. Терл поднял глаза от книги, которую сжимал в своих когтистых лапах, и обвел взглядом присутствовавших. По их испуганному виду он понял, какое впечатление произвели его слова. Это слегка развеселило его: какой-никакой способ разбавить однообразие пребывания их на этой забытой богом планете. Десять лет службы в горнодобывающем лагере на краю Вселенной — большой срок. Слишком большой… Придав голосу внушительности и добавив в него рычащих ноток, Терл повторил свою мысль:
— Да, люди — это очень опасные существа. Чар сверкнул глазищами в его сторону:
— Интересно, что это за книга, в которой
— Если так было, то, думаю, лет двести-триста назад, а может, и больше. Зачем тебе копаться в истории, если можно взять последний отчет службы — там ясно сказано, что мы уже тридцать пятые по счету отправители бокситов с этой планеты. Братья Чамко переглянулись и решили продолжить игру. Но как они ни вглядывались в экран, не могли сосредоточиться. Слова Терла накрепко засели в их головах. — Сегодня, — продолжал свое Терл, — я просматривал снимки с разведдрона. Зафиксировано более тридцати особей в долине рядом с тем пиком. При этом Терл махнул лапой в восточном направлении, в сторону горной гряды, освещаемой теперь Луной. — Ну и…? — Вот я и решил покопаться в книгах. В той долине должно быть много человекообразных, — для пущего эффекта Терл выдержал паузу. — Вообще на этой планете их тысячи, а возможно, и больше. — Послушай, нельзя же верить всему, что где написано, — попытался возразить Чар. — Вот во время моей службы на Арктурусе… — Эта книга составлена на основе исследований Департамента по культуре и этнологии Межгалактической Рудной Компании, — не обращая внимания на слова Чара, раздраженно пояснил Терл. Младший Чамко удивленно пошуршал глазницами:
— А я и не знал, что существует такой Департамент… В свою очередь презрительно засопел и Чар: — Да его расформировали больше века назад. И все из-за того, что бесполезно прожирал деньги. Поболтали об экологии и заглохли, как водится… — Он резко подался всем телом к Терлу. — Ты никак задумал незапланированные сокращения? Задницу хочешь прикрыть? За мой счет списать затраты на дыхательный газ? Запомни, от меня ты не получишь ни одного рабочего! — Успокойся, умерь свой пыл, — примирительно начал Терл. — Я только хотел сказать, что… — Знаю, что ты хотел сказать! Ты не зря занимаешь свою должность: ты умен! Верно — умен. Не развит, нет, а просто умен. Наверное, задумал поохотиться за казенный счет?! Конечно, кто же из психлосов с их правосторонней черепной костью откажется?! Младший Чамко оживился:
— Признаться, я порядком устал от этих пух-пух-пух и та-та-та! Поохотиться было бы неплохо. Я не думаю, что кто-нибудь… Чар обернулся к нему, словно танк, нацеливающий пушку:
— Неплохо бы поохотиться? На этих? Да ты хоть раз их видел? — Он резко вскочил на ноги, от чего пол содрогнулся, и приложил лапу к поясу. — Они мне вот посюда! Совсем безволосые. Только на головах немного растительности. Все грязно-белого цвета, как слизняки… И такие хлюпики, особенно когда запихиваешь в мешок. — Он с отвращением рыгнул и поднял кружку с кербано. — Слабаки — не смогут поднять вот эту кружку, не надорвав кишки. И… совершенно несъедобные. Он залпом опрокинул в себя кербано и передернул плечами. — А ты что, видел их? — удивленно полюбопытствовал младший Чамко. Чар плюхнулся на стул, так что содрогнулся купол, и протянул пустую кружку официантке. — Нет, живьем не видел. Только скелет в шахте. Но мне рассказывали… — Эту планету населяли тысячи таких существ! Тысячи! — твердил свое Терл, игнорируя выступление Чара. Чар хохотнул:
— Неудивительно, что все они передохли. Они ведь дышали этой кислородно-азотной дрянью! Смертельно опасная смесь… — Кстати, вчера моя маска треснула, — вспомнил младший Чамко. — У меня искры из глаз посыпались и в мозгах помутилось, пока с ней справился. Действительно, ужасная смесь… Как я мечтаю поскорее вернуться домой, где можно разгуливать без всяких масок! У нас ведь гравитация нормальная — хоть оттолкнуться есть от чего. И потом у нас все такое красивое кругом, фиолетовое, не то что здесь — дрянь зеленая повсюду! Правильно отец говорил: «Не будешь хорошим психлосом, сгниешь в какой-нибудь дыре». Прав был отец… Чар, не спуская глаз с Терла, спросил:
— Ты и в самом деле собираешься устроить охоту на людей? Терл сидел, уставившись в свое чтиво. Он заложил когтем то место, на котором остановился, захлопнул книгу и положил ее на колени. — Все-таки ты заблуждаешься, — задумчиво произнес он. — В этих существах было что-то такое… Здесь сказано, что задолго до нашего прихода у человекообразных существовали большие города на всех континентах. Были летающие машины, корабли. Они даже забрасывали всякую всячину в Космос. — Но откуда известно, что это они? Может, это какая-нибудь другая раса? — сомневался Чар. — Или вообще одна из затерявшихся колоний психлосов? — Нет, исключено. Психлосы не могут дышать этим воздухом. Это были самые настоящие человекообразные. Кстати, тебе известно, что пишут историки о нашем приходе на эту планету? — Что же? — Однажды люди отправили в Космос что-то вроде послания. Дали описание и координаты своей планеты, картинки с ее изображением и т. п. Послание это перехватила Психло. А что было потом, знаешь? — Хм… — неопределенно отозвался Чар. — Пробы и карточки были изготовлены из очень редкого металла, стоимость которого измерялась звонкой монетой. Компания заплатила правительству Психло шестнадцать триллионов галактических кредиток за разрешение на разработки. Единственной проблемой оказалась необходимость в больших запасах дыхательного газа. — Сказки все это! — не сдавался Чар. — На всех планетах придумывают похожие истории. — Он безобразно широко зевнул. — Все это
2
День для похорон выдался удачным, только заниматься этим хлопотным делом, похоже, никто не собирался. Черные тучи, разрываемые острыми горными вершинами, мрачно надвигались с запада, щадя лишь небольшие лоскутки голубого неба. Джонни Гудбой Тайлер стоял рядом со своим конем на верхнем краю горного луга и удрученно созерцал полуразрушенную деревню. Ему предстояло достойно похоронить своего отца. Тот скончался не от красной сыпи — так что бояться не приходилось. Просто искрошились его старые, усталые кости. Джонни поднялся еще затемно и, с трудом подавив отчаяние, собрался отдать отцу последний долг. Он подозвал Быстроногого, своего самого лучшего коня, накинул на него уздечку из коровьих жил и долгим, изнурительным галопом пустился вниз по лугу, загоняя диких быков к опасной теснине. Потом он умело вышиб мозги самому крупному и жирному, а тетке Элен велел развести огонь и приготовить еду. Тетка, однако, оказалась не готовой к исполнению. Она сломала свой самый острый кремень и теперь не знала, как ей освежевать и разделать тушу. Джонни с укором смотрел на женщину. Он был заметно выше всех деревенских мужчин, крепкий, мускулистый, загорелый. Его пшеничные волосы ласково теребил ветер. Тетка уловила взгляд Джонни и довольно быстро отыскала другой кремень, правда, очень старый и тупой. Но уже скоро ее сгорбленную фигурку можно было увидеть в дыму коптильни. Сородичи могли бы быть и порасторопнее, думал Джонни. Он вспомнил последние большие похороны. Ему было пять лет, когда умер мэр Смит. Пели песни, читали проповеди… Угощение было богатое, танцевали при свете Луны. Мэра Смита положили в яму, забросали сухой землей, потом воткнули в могильный холм две скрещенные палки. С тех пор настоящих, торжественных похорон здесь не бывало. Последнее время умерших просто сбрасывали в темное ущелье за водопадом, и койоты тут же растаскивали их мощи. Но с его отцом так не поступят, решил Джонни. Старик заслуживает уважения. Молодой Тайлер развернулся и одним махом оседлал Быстроногого. Ударом грубых босых пяток он погнал коня вперед, к зданию суда. По дороге он видел сгнившие, развалившиеся хижины. С каждым годом разрушение становилось все заметнее. Уже давно, когда кому-то требовалось бревно, в лес не ходили — выламывали из пустующей хижины. Быстроногий привычно скакал по узкой, густо заросшей травой дороге, осторожно минуя разбросанные повсюду обглоданные кости и прочий хлам. Услышав далекий вой волка в лощине, конь тревожно повел ухом. Это запах свежей крови и копченого мяса привлек хищников, вот они и спустились вниз. Джонни привычным движением подбросил на руке охотничью дубинку. Чуть позже он действительно увидел волка, крадущегося к крайней лачуге за свежими костями или за щенком, а то и за ребенком. Да, говорят, и такое теперь случается. Хищников в этих местах с каждым годом становится все больше, в то время как людей — все меньше и меньше… Если верить легендам, на этой равнине когда-то жили тысячи. Джонни, правда, считал это преувеличением. Ну с чего бы им всем исчезнуть? Еды вдоволь. Кругом пасутся огромные стада коров, диких свиней, табуны лошадей. Чуть выше, в лесах, водились олени и козы. Даже плохой охотник легко добывал дичь. Попадались целые поля диких, но съедобных овощей. Стоило кому-нибудь ими всерьез заняться — всего было бы сколько угодно. Значит, дело в чем-то другом. Скажем, животные производят потомство без затруднений, а у людей не получается. Смерть уже давно одолела рождаемость. Младенцы же, если и появляются на свет, или одноглазые, или с одной рукой, или с одной ногой. И вообще вся жизнь местного населения, сколько Джонни себя помнил, проходила под страхом перед какими-то чудовищами. Но, может быть, так обстоят дела только у них, в этой долине? Когда ему было семь лет, Джонни спросил у отца:
— Может, людям нельзя здесь жить? Отец устало посмотрел на него и ответил:
— Раньше люди жили и в других местах — так рассказывают легенды. Но потом там все умерли, а мы здесь все-таки живы… Джонни не унимался:
— Вон там, в долине, полно животных. Почему бы и нам не перебраться туда? Джонни всегда подвергал сомнению слова старших, за что его даже прозвали умником. Он всегда стремился докопаться до дна. От него только и слышали — почему да почему? Он не верил даже тому, что говорили самые мудрые старики. Вот такой был Джонни Гудбой Тайлер. Отец не сердился, а терпеливо объяснял:
— Там мы не найдем бревен для постройки хижин. Ответ не удовлетворил мальчика, и тот продолжал досаждать:
— Я нашел бы из чего построить жилье! Отец склонился к нему и уже твердым голосом сказал:
— Ты хороший мальчик, Джонни. Мы с мамой очень тебя любим. Но ты должен запомнить: никто никогда не сможет построить такое жилище, что устояло бы против чудовищ! Чудовища, чудовища… Он только и слышал о них! Но ни разу не видел. Он вспомнил серьезный взгляд отца, и… Джонни чуть не упал, когда конь встал на дыбы. Стая огромных крыс выскочила из горных развалин, и одна вцепилась животному в переднюю ногу. «Нашел время мечтать», — ругнул себя Джонни. Он прогнал крысу, успокоил коня и пустил его галопом.