Похитители радия

Агата КРИСТИ

ПОХИТИТЕЛИ РАДИЯ

Ночь после освобождения Холлидей спал в соседней комнате. Я слышал его стоны и проклятия, которые он произносил во сне. Несомненно, пребывание на той вилле настолько расшатало его нервную систему, что утром следующего дня он вообще наотрез отказался говорить о Большой Четверке. Только опять твердил, что у них неограниченная власть, что они грозились погубить его и его близких, если он кому-нибудь хоть что-то расскажет.

После завтрака он уехал к жене в Англию, а Пуаро и я остались в Париже. Меня обуяла жажда

деятельности, и спокойствие Пуаро меня раздражало.

– Ради Бога, Пуаро, - настаивал я.
– Надо срочно ехать - И скорее - за ними.

– Очень хорошо, mon ami, очень хорошо. Но куда? И за кем?

– За Большой Четверкой, конечно.

– Cela va sans dire <Разумеется (фр.).>. Но как вы собираетесь это сделать?

– Обратиться в полицию и...
– начал я.

– Они поднимут нас на смех - и правильно сделают. У нас нет никаких доказательств, почти никаких. Мы должны ждать.

– Ждать чего?

– Их следующего хода. Вы, англичане, большие любители и ценители бокса. Так вот: если один боксер выжидает и только изредка наносит удары, набирая очки, то второй, чтобы не проиграть по очкам, обязан атаковать - и ему приходится раскрываться. Так вот, теперь наша очередь выжидать.

– А они будут атаковать?
– засомневался я.

– Непременно. Вы же помните, как они старались выпроводить меня из Англии, потом мы вмешались и спасли бедолагу Гранта от виселицы, а теперь мы сорвали им планы здесь, в Париже. Нет, Гастингс, они это так не оставят.

В этот момент раздался стук в дверь, и, не дожидаясь приглашения, в комнату вошел какой-то мужчина. Он осторожно закрыл за собой дверь. Мужчина был высокого роста, худощавый, со слегка крючковатым носом и болезненно бледной кожей. Одет он был в плащ, застегнутый до самого подбородка, а шляпа его была надвинута на глаза.

– Прошу прощения, господа, за мое бесцеремонное вторжение, - сказал он мягким голосом, - но у меня довольно необычная миссия.

Улыбаясь, он подошел к столу и уселся на стул, стоящий рядом. Я хотел было вскочить, но Пуаро жестом остановил меня.

– Вы сказали, молодой человек, что у вас к нам довольно необычное дело. Мы вас слушаем.

– Дорогой мосье Пуаро, все очень просто. Вы мешаете моим друзьям!

– Каким же образом?

– Послушайте, мосье Пуаро, это несерьезно. Вы прекрасно знаете, о чем идет речь.

– Это зависит от того, кто ваши друзья. Молодой человек молча вынул из кармана портсигар, открыл его и бросил на стол четыре сигареты. Потом, также без единого слова, он положил сигареты обратно в портсигар и спрятал его в карман.

– А...
– протянул Пуаро.
– Вот оно что. И что же ваши друзья хотят?

– Они хотят, чтобы вы направили свои замечательные способности, свой редкий талант на раскрытие уголовных преступлений, словом, чтобы вы перестали мешать им и снова занялись проблемами великосветских дам. Ведь они ваши основные клиенты?

– Тихое отступление, - прокомментировал Пуаро, - а если я откажусь?

Молодой человек сделал выразительный жест.

–

Мы будем об этом сожалеть, - сказал он, - а также все поклонники и поклонницы таланта великого Эркюля Пуаро. Но самые горячие сожаления не смогут воскресить человека, вернуть его к жизни...

– Вы очень деликатны, - кивнул Пуаро.
– А если я.., соглашусь?

– В этом случае я уполномочен предложить вам.., компенсацию.

Он вытащил бумажник, достал оттуда десять ассигнаций и бросил их на стол. Каждая банкнота была достоинством в десять тысяч франков.

– Это только небольшой аванс с нашей стороны. Вы получите в десять раз больше...

– Бог ты мой, - закричал я, вскакивая на ноги, - и вы смеете думать!..

– Сядьте, Гастингс, - приказал Пуаро.
– Сядьте и умерьте свои порывы. А вам, мосье, я вот что скажу. Ничто не мешает мне позвонить в полицию, а мой друг позаботится о том, чтобы вы не убежали...

– Звоните, если считаете это целесообразным, - спокойно сказал наш посетитель.

– Послушайте, Пуаро, - вмешался я.
– Сколько же можно... Звоните в полицию, и покончим с этим делом. Поднявшись, я прошел к двери и стал к ней спиной.

– В данной ситуации это решение кажется мне наиболее разумным, - сказал, как бы уговаривая себя, Пуаро.

– Вы уверены, что действительно поступаете разумно?

– Ну звоните же, Пуаро!
– настаивал я.

– В таком случае вы несете ответственность за последствия, Гастингс.

Как только Пуаро поднял трубку, мужчина вдруг прыгнул на меня, словно кошка. Я был готов к этому, и через минуту мы, вцепившись друг в друга, катались по комнате, опрокидывая стулья. Почувствовав, что он вот-вот выскользнет, я сжал его еще сильнее. Он перестал вырываться. Я уже предвкушал победу, как вдруг случилось неожиданное. Разжав руки, я улетел в сторону головой вперед и врезался в стену...

Я очнулся, когда за нашим посетителем уже захлопнулась дверь. Я вскочил на ноги и, подбежав к двери, попытался ее открыть - но она была заперта снаружи на ключ. Я выхватил у Пуаро телефонную трубку.

– Портье? Сейчас мимо вас пройдет мужчина в плаще, застегнутом на все пуговицы, и помятой шляпе. Задержите его. Он разыскивается полицией.

Через несколько минут мы услыхали за дверью сначала какой-то шум, затем звук поворачиваемого в замке ключа. Наконец дверь распахнулась, и мы увидели самого управляющего гостиницы.

– Вы задержали его?
– закричал я.

– Нет, мосье. Никто не спускался по лестнице и не шел мимо портье.

– Он должен был спуститься вниз.

– Но никто из посторонних не спускался, в противном случае мы бы его задержали.

– Но кто-то же проходил мимо вас? Кто-нибудь из обслуживающего персонала, например?
– мягко спросил Пуаро.

– Только официант с подносом.

– Да!..
– сказал Пуаро понимающим тоном, когда мы наконец-то избавились от управляющего и его успевших подойти подчиненных.
– Теперь мне понятно, почему он был застегнут на все пуговицы.