Шрифт:
Андрей Земляной
Один на миллион
Свалка, на окраине Нового Амстердама, была результатом попытки сначала наладить переоборудование кораблей, потом их утилизацию, а в финале даже организовать музей под открытым небом. Но в итоге, получилось как всегда. Сначала исчезли рабочие и техника, потом охрана и забор. Понемногу свалку заселили те, кому не нашлось места в официальном обществе Новой Европы. Лишенные гражданских прав, беженцы и нелегальные эмигранты. Тут нашлось место и полубезумному математику Дженсену,
Вопреки опасениям мэрии Нового Амстердама, Свалка не стала очередным рассадником наркомании и бандитизма. Наоборот. Образцовый порядок, работающая школа, и даже система социальной взаимопомощи, простотой организации и эффективностью заставили задуматься многих чиновников из городской администрации.
— Мама! Я дома! — Алексей, высокий сухощавый парень 16 лет, сбросил рюкзак, куртку, стащил обувь, и шагнул в комнату. По меркам Свалки, их с мамой апартаменты были просто королевскими. Старенький межорбитальный грузовик класса Посейдон, был переоборудован под жилье с любовью и тщанием. Три комнаты, столовая и кухня, давали маленькой семье достаточный уют и комфорт даже в этом богом проклятом месте. Невыпотрошенный по недосмотру бак с топливом и небольшой генератор давали достаточно тепла и света, чтобы вдохнуть вторую жизнь в космический корабль.
На голос вышла стройная женщина лет тридцати пяти в теплом халате. Она привычным жестом поправила длинные светло каштановые волосы и улыбнулась.
— Привет. Садись поешь.
— А что у нас? — Спросил Алексей заранее зная ответ. Ну что у них могло быть кроме искусственной еды из биореактора, или рекомбинированного белка из, подбрасываемой время от времени городским советом, гуманитарной помощи.
— Вин Хо снял урожай тыквы…
— Ух ты! — Мальчишка тенью метнулся к кастрюле, приподнял крышку и втянул носом ароматный пар. — Пахнет просто волшебно! Мам, ты чудо!
Она лишь скупо улыбнулась и запустила свои чуткие пальцы в русую шевелюру сына. И вновь как всегда, непрошенная мысль молнией проскочила в ее голове.
«Совсем как у отца»
— Мой руки и садись есть. — Надломленным голосом произнесла она и отвернулась.
Алексей знал, что мать иногда смотрит на него странным взглядом, прикасается, а потом у нее почему-то блестят глаза от слез. Он один раз попытался ее расспросить, но в ответ, мама лишь ушла в дальнюю комнату и проплакала весь вечер.
Больше он никогда не повторял этого, и когда на маминых глазах вскипали слезы, лишь затихал, и давал себе очередной зарок вырасти и разобраться с мамиными обидчиками.
— Что сегодня было в школе?
Вера почти успокоилась, и смотрела с довольной улыбкой как сын лихо работает ложкой.
— Дженсен отмочил. — Алексей коротко хохотнул. — Дал мне на уроке задачу по абелевым группам…
— Каким-каким группам?
— Ну мам! — Снисходительно улыбнулся Алексей. Это же топология. Ну в общем стоило мне справится как Дженсен навалил еще десяток.
— Он тебя не перегружает? — С легкой тревогой в голосе спросила Вера.
— Да нет, какое там. Единственный приличный преподаватель. Ну, не считая мистера Сарояна и Старой Клары.
— А она кстати о тебе очень тепло отзывалась. — Мама покачала головой. — А ты ее так неласково…
— Да ты что ма! — Возмутился Алексей. — Она даже подписывается как С.К.Д.Ф.
— Да-да. — Вера кивнула. Симона де Клер, доктор философии.
— Она настоящий доктор философии? — Мальчишка округлил глаза. — Что она тогда забыла на нашей свалке?
— Она отсидела по политической статье, и потеряла гражданство.
— А Дженсен?
— Говорят, решил после психушки не возвращаться в свой институт, и осел здесь. Но это может быть просто болтовней. Ты ведь знаешь, на Свалке не любят делиться своими тайнами.
— Даже ты?
— А я, тем более. — Она звонко рассмеялась. — Иди уже, следопыт. Вин Хо уже три раза звонил…
Алексей глянул на часы над входом и пулей вылетел из за стола.
— Вот блин! Теперь он с меня точно голову снимет!
— Не забудь поблагодарить его за тыкву! — Успела крикнуть в след убегающему мальчишке мать, и снова чему-то грустно улыбнулась.
До древнего контейнеровоза в котором свил гнездо старый кореец, чудом занесенный на Свалку, было всего ничего, и через пять минут, Алексей уже стучался в дверь, пытаясь унять сбитое после бега дыхание.
— Заходи. — Проскрипело из динамика над входом, задвижка замка едва слышно щелкнула, и Алексей толкнул дверь.
Внутри обширного пространства грузового отсека, был кусочек настоящего рая. Деревья, трава и даже небольшой водопад.
Кореец сидел на коленях созерцая струящийся по камням ручеек.
Алексей сел рядом не решаясь нарушить медитативную тишину.
— Тебе понравилась тыква? — Неожиданно спросил Хо по-корейски, повернув свое изрезанное морщинами лицо к мальчику.
— Да учитель. — Алексей коротко кивнул. — Мама благодарит вас от всего сердца за то наслаждение, которое вы нам доставили этой чудесной тыквой.
— Хорошо. — Кореец кивнул и вдруг оказался на ногах. — Пойдем.
Над грузовой палубой, находился еще один технический отсек. Не такой обширный, но достаточный для небольшого спортзала. Мальчишка быстро переоделся и остался лишь в тонких штанах.
Разминка, которая в другом месте могла считаться за полноценную тренировку, растяжки, динамические и изометрические упражнения, тягучие словно патока и взрывные движения жуткого сплава из всех видов боевых единоборств Кореи. Три часа пролетели как три минуты. Запыхавшийся и выжатый досуха Алексей почти без чувств рухнул на узкую лавку. Мастер Хо, не торопясь принялся разминать мышцы ученика, потом в ход пошли пахучие мази и иголки. Через час, совершенно осоловевший парень сидел завернувшись в вытертое до дыр полотенце, и пил ароматный чай из фарфоровой чашки.