Шрифт:
Часть I
ПОЙМАТЬ ЗВЕРЯ
Глава ПЕРВАЯ
Рейсовый автобус до Зашишевья отменили еще зимой. И летом маршрут не восстановили.
– А незачем, – объяснил Лузгину милиционер на вокзальной площади, немолодой и заметно поддатый сержант. – Вы-то чего там забыли? Кстати… Можно документики ваши?
Лузгин секунду помедлил и вытащил паспорт.
– И на ружье попрошу.
– Вот,
Сержант раскрыл паспорт и глубокомысленно изрек:
– Ага!
– Да-да, я тут родился. У меня в Зашишевье дом. Бабушкин еще. Приезжаю иногда отдохнуть и на утку сходить.
– На утку сходить… – эхом повторил сержант.
– Поохотиться, – на всякий случай уточнил Лузгин.
– Рановато вы. До сезона еще месяца полтора, если не два.
– А я и не тороплюсь.
Сержант оглядел Лузгина с ног до головы, будто оценивая, из торопливых тот или нет.
– Говорят, хреновая в тех местах охота стала, – бросил он, снова утыкаясь в документы.
– Это кто говорит? – хмыкнул Лузгин.
– Да все говорят. Утка теперь больше на Голубых Озерах. А под Зашишевьем ни утки, ни зверя нет. Утиные гнезда паводком затопило по весне. А зверя волки, наверное, заели. Волки там шалят, знаете?
– Ну, это зимой…
– И летом тоже.
– Летом? – изумился Лузгин. – Волки?
– Так глухомань же, чего бы и не пошалить. Вот туда даже автобуса нет. Потому что незачем. Сколько там дворов-то жилых?
– Ну-у… В том году я не был, не получилось. А в позатом десятка три.
– Загибается ваше Зашишевье, – сказал милиционер, возвращая Лузгину документы. – И если б только оно. Всё просрали москвичи-демократы. Пидоры.
Лузгин несколько раз крепко моргнул.
– Да, тут еще собаки бешеные в пригороде бегают, – продолжал сержант. – В пригороде и в старой промзоне, там вообще целые стаи. Мы всех предупреждаем, вы осторожнее. Второе лето подряд такое безобразие. Их лисы бешеные кусают, собаки людей кусают, люди бесятся и тоже кусаются…
Лузгин надолго зажмурился.
– Как добираться-то в Зашишевье думаете? Не повезет ведь никто. И попутки в ту сторону не дождешься. Разве какой зашишевский в город выбрался – доски вроде они возят, так его еще найти. А полсотни верст пехом… Может, ну на фиг? Честное слово, ехали б вы, скажем, на Голубые Озера.
– Я на родину и пехом могу, – хмуро пообещал Лузгин.
– К ночи-то не успеете, – сказал сержант. С непонятным каким-то значением сказал. – У вас хоть патроны нормальные есть? Что на утку – пятерка, четверка от силы…
– Три ноля вам хватит? – Лузгин начал злиться.
– Мне-то хватит, – ухмыльнулся сержант. – А там – кто его знает… Ладно, счастливого пути.
Привязчивый милиционер
Те его разве что на хер не послали.
– Триста, – объявил Лузгин внушительную по здешним меркам сумму.
– Долларов? Или этих… Еврей? – рассмеялись ему в лицо.
– В чем дело-то, мужики? – попытался втереться в доверие Лузгин.
– Да ни в чем. Просто не ездим мы туда. И никто не поедет.
– Почему?! Вы еще скажите, там волки!
– Какие, в жопу, волки…
– А что тогда?!
– Слушай, друг, отстань, а? Сказано тебе – на Зашишевье не ездим. Дорога херовая.
Лузгин оглядел потрепанные машины извозчиков и скривился.
– Думаете, я не знаю, по каким вы дорогам на «Жигулях» рассекаете? Да там не всякий грузовик пройдет!
– А на Зашишевье – херовая.
Лузгин демонстративно сплюнул и зашагал прочь.
– Эй, москвич! – крикнули ему в спину. – Вон, гляди, дедушка подвалил. Ты с ним попробуй. Дедушка у нас отмор тот еще. Он тебя не только в Зашишевье, он хоть прямо в само Филино отвезет!
И извозчики хором заржали, будто сказано было что-то очень смешное.
Дедушка оказался и вправду дедушкой. При ржавом насквозь «Запорожце».
– В Зашишевье не повезу, ты понял, – твердо заявил он. – А вот до зашишевской повертки…
– Хоть туда! – взмолился Лузгин, втайне надеясь по пути уговорить деда проехать дальше. От поворота с асфальта до деревни оставалось еще верных двадцать километров по грейдеру через лес.
– Двести рублей.
– Легко, – бросил Лузгин, ныряя в машину.
Уже за городом дед спросил:
– По делам или как?
– В отпуск.
– А-а… – протянул дед и отгородился от пассажира такой стеной, что Лузгин ее почти физически почувствовал.
– Я сам вообще-то местный, – сказал Лузгин. – Из города. Просто родители в Москву перебрались, когда я школу заканчивал. А в Зашишевье бабушка моя жила, дом от нее остался. Почти каждое лето приезжаю.
– А-а… – повторил дед, но стал вроде бы поближе.
– Вот поживу спокойно месячишко-другой, а там сезон откроется, уток постреляю…
– Охотник, значит? – хмыкнул дед. – А я думал, зачем ружье, ты понял. Думал, по делу. Поживешь ты в Зашишевье, как же… cпокойно.
– По делу?.. – переспросил Лузгин.
– В том году-то не приезжал ты, – сказал дед.
– Да, не приезжал. С работой закрутился. А вы…
– Возил я туда в том году. Тоже вроде тебя – москвичей. Один я возил, другие зассали, ты понял. Двоих возил с ружьями. А тебя не было.