Ник (Глава 17)

По дороге двигалась странная процессия.Странность ее была не в том, что она состояла из отряда эльфов – не такое уж это и редкое зрелище, – а в том, что впереди отряда двигался самый настоящий дракон. Несколько раз им попадались путники. И разумеется, в первую очередь они замечали именно дракона, ехали ли они навстречу или наоборот. Реакция была одна – оказаться от него как можно дальше: слишком много страшных сказок рассказывали о драконах, нещадно перевирая факты истории. Дракон же не обращал внимания на встречающихся существ. По крайней мере внешне никто бы не догадался, что глаза рептилии с исследовательским интересом настоящего ученого

отмечали любые детали происходящего. Дракон в основном двигался легким бегом, труднопредставимым для такого массивного тела. Иногда он радовал сопровождающих эльфов своими знаменитыми прыжками, в результате чего им приходилось нагонять его галопом. Но дракон оказался понятливым и подстраивался под среднюю скорость передвижения процессии.

Внезапно он замер, что случалось с ним не так уж и часто. Начальник процессии после пятиминутного топтания на месте уже собрался было поинтересоваться, что случилось, но в этот момент дракон сорвался с места и быстрыми скачками буквально за несколько мгновений оказался далеко впереди. Затем он остановился и так же быстро прискакал обратно.

– Надо торопиться, – неподвижно замерев, сказал дракон, уставившись неподвижным взглядом в начальника процессии. Тот уже привык к такому взгляду – в процессе движения они часто разговаривали с драконом на разные темы.

– Что случилось? – спросил он.

– Не знаю. Что-то сильное. Это то, что мне интересно. Я хочу быть рядом.

– Уважаемый Драххх, – не слезая с лошади, ответил эльф. Со спины благородного животного ему почти не надо было задирать голову, чтобы смотреть прямо в глаза дракона, особенно, когда тот присаживался на свой хвост, – мы, конечно, в состоянии увеличить скорость движения, но, боюсь, лошади этого не выдержат. Мы и так передвигаемся так быстро, как только можем. Боюсь, вам все-таки придется ориентироваться на нашу скорость передвижения. А если вы сами отправитесь вперед без нас, то определенно потеряете много времени, пытаясь договориться с гномами. Да и неизвестно, как они примут вас без нашего присутствия.

Дракон, наклонив на бок голову, внимательно слушал эльфа. Глаза его периодически закрывались внутренним веком, вызывая непередаваемое словами чувство чуждости. Обдумав высказывание эльфа, дракон печально повел хвостом.

– Я понимаю. Согласен. Но, может быть, можно как-то ускориться? – дракон снова внимательно посмотрел на эльфа, ожидая ответа. Тот задумчиво взялся за свой подбородок. Проблема состояла в том, что эльфы обычно берут заводных лошадей только во время войн или при особо срочных государственных делах, каковым текущее, как поначалу казалось, не являлось. Уж очень они прикипали душой к своим любимицам, чтобы изменить им даже на время, и предпочитали просто не торопиться.

– Скоро по ходу движения будет гномья таверна, – наконец ответил эльф, – возможно, удастся договориться о запасных лошадях. Думаю, что мы сможем прибыть на место быстрее, – эльф про себя вздохнул. Не любил он без особой необходимости торопить события. Однако наказ короля был однозначен – всеми силами помогать дракону и решать возникающие по ходу движения проблемы.

Дракон повторил подсмотренный у не-драконов жест – кивнул, и помчался своим обычным бегом впереди процессии.

В уютно обставленной комнате с окнами, выходящими во внутренний дворцовый сад, над которым явно поработали эльфы и продолжали за ним следить, на кровати, укрытая легким покрывалом, лежала черноволосая эльфийка. Внешне – чистокровная дроу.

Много сотен и тысяч лет назад единый некогда народ эльфов, по причинам, известным только самим эльфам, разделился. И так получилось, что со временем у дроу стало рождаться все больше детей с черными волосами, в то время, как оставшиеся эльфы продолжали в своей основе быть светловолосыми. Много копий было сломано в научных диспутах магов эльфийских и магов дроу, ибо неоткуда было взяться "чужой" крови, чтобы повлиять. В конце концов, было решено считать всему виной смену ареала проживания, пусть и не сильно далеко отстоящего от изначального. Правда,

и доказательств этой точке зрения не нашли – в новом месте и вода была такая же, и деревья, и магический фон не потревожен чужой магией. Со временем все привыкли к такому положению вещей, и чаще всего именно по цвету волос можно было с достаточной долей уверенности сказать, кто перед тобой – дроу или светлый эльф. Разумеется, современные эльфы отличаются от дроу не только этим – за прошедшее время каждый народ шел своим путем, однако разговор не об этом.

Рядом с кроватью сидел Торвин, сын эльфийского короля, и внимательно смотрел на свою сестру. Уже двое суток прошло с момента ее излечения, но она пока еще не приходила в себя. Эльф находился в смятении. Сначала он чуть не потерял сестру и, как ни старался гнать от себя тревожные мысли, мысленно уже готовился если и не к ее смерти, то к довольно долгому выздоровлению. Пусть гроссмейстер, высланный отцом, и привел бы ее в порядок, но насколько быстро, качественно и безболезненно, он не знал. В любом случае для Эль это было бы тяжелым испытанием. Потом вдруг его вызывают и проводят к сестре, внешне практически полностью здоровой. Причем ничего не объясняют. Это-то и бесило больше всего! Если у гномов есть гроссмейстер-целитель, то почему они говорили, что такого нет? Почему не посоветовались с ним перед исцелением? Даже Элониль, хоть и эльф, молчит. Авторитет принца для него ничего не значит – его родители в свое время были изгнаны из Леса, поэтому он не сильно-то и жалует своих. Но, конечно, не настолько, чтобы вредить – иначе его и не подпустили бы к принцессе. Архимаг уклоняется от встреч, отговариваясь занятостью, а его помощники ничего не могут сказать. В принципе, сегодня начался долгожданный бал, их можно понять, да и Торвину необходимо на нем присутствовать, по крайней мере в первый день, однако эльф считал, что здоровье сестры, принцессы эльфов, намного важнее какого-то бала. Да и могли ведь просто объяснить ему, что произошло? Он бы тогда и не дергался.

– Не-е-ет! – внезапно закричала до сего момента лежащая неподвижно девушка и выбросила вперед руки, пытаясь закрыться от чего-то, ведомого только ей.

Торвин бросился к сестре, мягко схватил ее за руки и стал успокаивать бьющуюся в истерике Эль:

– Тише, тише, сестренка. Все в порядке! Я рядом…

Ему все-таки удалось успокоить девушку. Ее лицо расслабилось и она посмотрела на него мутными глазами, в которых пока отсутствовало узнавание. В этот момент в комнату вбежали дежурные целители и оттеснили эльфа от ложа. Девушку тут же погрузили в сон и стали проводить диагностику.

– Все хорошо, – произнес Элониль, бессменный наблюдающий за принцессой. – Это остаточные образы и переживания последних минут перед получением ею травмы. Пусть поспит.

– Когда с ней можно будет поговорить?

Эльф пожал плечами.

– Пока лучше ее не беспокоить. Как только она проснется, я дам вам знать.

Торвин кивнул, бросил на сестру взгляд, в котором сквозила боль за нее, и отправился на бал, благо идти не далеко.

Темнота. Абсолютная. Однако, уши улавливают чье-то слабое дыхание и шорох. Внезапно сквозь темноту прямо в лицо летит яркий сгусток огня. Она пытается закрыться руками, но это не помогает. Руки на глазах обугливаются, жар в лицо, треск сгораемых волос и кто-то пытается содрать кожу с лица и тела… Эль рефлекторно дергает руками и тут же понимает, что боли нет. От неожиданности она замирает. Да, боли нет. Кто-то, находящийся рядом, замечает ее движение, раздается голос. Незнакомый. На эльфийском.

– Как вы себя чувствуете, Ваше Высочество?

Ничего не остается, как открыть глаза. Веки с трудом подчиняются. Кажется, что в глаза кто-то тычет своими пальцами. Но нет, это всего лишь свет. Однако, по щекам текут слезы.

– Не торопитесь, – ладонь неизвестного прикрывает глаза. От нее идет тепло, резь уменьшается.

– Вот теперь можете смотреть.

Действительно, стало лучше. Эль сразу натыкается взглядом на эльфа. И тут же понимает, что он из изгнанного рода. В косичках на голове отсутствуют знаки Леса.