Ни «да», ни «нет»

Научно-фантастический рассказ

Художник Л. Вяткин

Композитор Павел Петрович Голиков был человеком рассеянным и безалаберным. За что ему нередко доставалось от жены и двух взрослых дочерей. Супруга Голикова — Мария Ивановна была превосходной хозяйкой, все у нее

в доме блестело, каждая вещь имела строго определенное место, а жизнь под ее крепким руководством текла по раз навсегда заведенному расписанию. Точнее, она всеми силами к этому стремилась, сумела приучить к неукоснительному порядку и аккуратности дочерей — Аллу и Валю, но сам Павел Петрович никаким усилиям не поддавался.

Он мог уйти из дому, забыв запереть парадную дверь, или неожиданно застыть с поднятой вилкой во время обеда, а затем, с грохотом опрокинув стул и даже не оглянувшись, броситься к роялю; мог отказаться от ужина, а затем, поднявшись среди ночи с постели, отломить половину батона и, густо посыпав солью, съесть его прямо за письменным столом, запивая холодной водой из-под крана...

Недовольство в семье глухо, но неотвратимо нарастало. Но Павел Петрович ничего не замечал и продолжал жить по своему разумению.

Однажды после очередной промашки мужа Мария Ивановна решительно вошла к нему в кабинет, властной рукой захлопнула крышку рояля, за которым в этот момент восседал Павел Петрович, и положила перед ним рекламный проспект.

— Что это такое? — удивился Павел Петрович.

— Прочти! — тоном, не предвещавшим ничего хорошего, произнесла Мария Ивановна.

Пожав плечами, Голиков послушно взял проспект. В глаза бросилась надпись крупными буквами «Незаменимый помощник и консультант». И цветная фотография маленького робота.

Голиков изумленно вскинул брови.

«Если вы хотите избавить себя от многих повседневных забот, — прочел он, — купите КС-101 (консультант-секретарь, 101-я модель). Он станет вашим незаменимым помощником и другом, советником на все случаи жизни, полноправным членом вашей семьи».

Павел Петрович оторвал глаза от проспекта и спросил с нескрываемым ужасом:

— Ты хочешь?..

— Вот именно.

Мария Ивановна взяла с письменного стола телефон и поставила его перед мужем на рояль:

— Звони!

— Прямо сейчас?.. — робко переспросил Павел Петрович, все еще на что-то надеясь.

Мария Ивановна сняла трубку, вложила ее супругу в руки и, не давая ему опомниться, сама набрала указанный в проспекте номер...

На следующее утро КС-101 в большом пластмассовом контейнере был доставлен на квартиру Павла Петровича. Пока техник, одетый в оранжевый комбинезон, освобождал робота от упаковки и приводил его в рабочее состояние представитель фирмы энергичный молодой человек с галстуком «бабочкой» развил бурную деятельность. Он усадил Голикова в кресло, ловко опутал его множеством проводов и по знаку техника присоединил их к отверстиям на спине электронного существа. После этого сгал нажимать какие-то кнопки, одновременно приговаривая:

— Необходимо настроить робота на вашу волну... Всего пять минут.. Не беспокоит? Вдохните поглубже. Закройте глаза. Теперь откройте... Хорошо. Постарайтесь ни о чем не думать... Готово!

Он мгновенно отсоединил провода и, обратившись

к немного растерянному от столь бурного натиска Павлу Петровичу, сказал, поправив двумя пальцами «бабочку»:

— Теперь мы должны присвоить роботу имя. Какое бы вы хотели?

— Н-не знаю... — неуверенно протянул Павел Петрович. — Ну,... Степа.

— Нет, нет, — решительно возразил молодой человек. — Роботу присваивать человеческие имена не рекомендуется. Какой-нибудь термин.. Вы, кажется, композитор7 Вот что нибудь из области музыки.

— Ну, пусть будет «до», — покорно согласился Павел Петрович. — Нет, лучше «фа».

— Прекрасно! — Представитель фирмы написал что-то на белой пластиковой пластинке и вложил ее в щель на груди робота. — Итак, будете называть его Фа... Теперь внимание! Сейчас я его включу, и с этого момента он поступит в полное ваше распоряжение. Еще раз напоминаю, что робот настроен на вашу персональную волну, он будет работать круглосуточно, без перерывов на отдых, выключить его нельзя, он практически вечен. Срок нашей гарантии — десять лет, но это чистая формальность — отказов быть не может. Трудно отыскать такую ситуацию, из которой он не нашел бы наилучшего выхода, следовательно, ничто не может вывести его из строя. К тому же он саморегулирующийся, самообучающийся и самовосстанавливающийся. Иными словами, в случае какой-либо неисправности он сам себя отремонтирует... Благодарим вас за покупку. Надеюсь вы будете вспоминать нашу фирму только добрыми словами.

Произнеся все это единым духом, молодой человек исчез с такой стремительностью, что Павел Петрович даже не успел заметить, как именно это произошло.

Так Голиков остался один на один с высокосовершенным роботом КС-101, получившим отныне имя Фа.

Они стояли друг против друга — искусственный человечек, начиненный самой современной электроникой, и маститый композитор, все еще не успевший толком прийти в себя и не представлявший, что делать дальше. Зато Фа знал совершенно точно.

— Тринадцать часов пятьдесят минут, — сообщил он не слишком благозвучным скрипучим голосом, неприятно резанувшим изощренный музыкальный слух Павла Петровича, — В четырнадцать ноль-ноль начало обеда. Вам надлежит через десять минуть быть за столом.

— Надлежит? — недовольно поморщился Голиков. — Казенное слово... Но я еще не хочу есть.

— До обеда осталось девять минут, — невозмутимо продолжал робот. — Перед едой полагается вымыть руки. Прошу пройти в ванную комнату.

— Но я действительно не хочу есть! — возмутился Павел Петрович.

— Я действую согласно установленной программе, — неумолимо сообщил Фа. — До обеда осталось восемь минут.

— А если я все-таки не пойду? — попытался прояснить ситуацию Голиков. — Надеюсь, вы... то есть ты не станешь применять силу?

— Я принципиально не могу применять силу к человеку, — сказал робот — Таков основной закон, которому я подчиняюсь.

— А... ну, в таком случае... — облегченно вздохнул Павел Петрович и, повернувшись к роботу спиной, шагнул к роялю.

В то же мгновение позади него возник душераздирающий звук. Голиков инстинктивно зажал ладонями уши, но звук, проникая сквозь черепную коробку, неудержимо ввинчивался в мозг. Павел Петрович обернулся и удивленно посмотрел на робота. Звук тотчас прекратился.