Шрифт:
Кауи Вера
Наследницы (Том 1)
Вера КАУИ
НАСЛЕДНИЦЫ
ТОМ 1
Перевод с английского Н. Г. Кротовской и В. С. Кулагиной-Ярцевой
Анонс
Завещание Чарльза Деспарда, основателя одного из крупнейших аукционных домов мира, вызвало удивление и у его друзей, и у его наследниц: дочери Кейт, юной и неискушенной, и ее сводной сестры Доминик, женщины сильной, страстной и склонной к интригам.
Великолепный Блэз Чандлер - муж Доминик - поначалу был лишь арбитром в их соперничестве, но с некоторого времени события и отношения между героями начинают
Глава 1
Церемония открытия была назначена на вечер.
Сумерки сгустились. Последний лимузин, подъехавший со стороны парка, пристроился в конец цепочки автомобилей, растянувшейся вдоль 78-й Восточной улицы.
На тротуаре, перед входом в недавно отреставрированное здание, был постелен красный ковер, а сверху натянут тент в бело-красную полоску.
У входа, под внимательными взглядами охраняющих конных полицейских, толпились фоторепортеры и зеваки, то и дело хлопали дверцы автомобилей, и из сверкающих лимузинов появлялись Знаменитости. Всякий раз, узнавая кого-то в лицо, толпа принималась гудеть:
– Гляди! Это она на прошлой неделе была на обложке "Пипл".
– А тот, что рядом с ней, главный человек в "Таймс".
– Что здесь происходит?– полюбопытствовал кто-то - похоже, это был приезжий человек.
– У них сегодня открытие.
– Выставки?
– Вроде того. Сегодня открывают нью-йоркский "Деспардс".
– "Деспардс"? А что это такое?
– Как, вы и вправду не знаете?
Мужчина сконфуженно молчал.
– Ну а о "Сотбис" - то вы хоть слышали?
– Конечно.
– А о "Кристи"?
– Ну.., кое-что.
– Так вот, "Кристи" - номер два. А сразу за ними идет "Деспардс".
– Значит, номер три!
– Угадали! Но хотят стать номером один.
– И потому здесь столько известных людей?
– Ну да, все эти Знаменитости - лучшая реклама.
К тому же у всех у них водятся денежки, которые сегодня очень пригодятся.
– Пригодятся для чего?– продолжал расспрашивать дотошный приезжий.
– Чтобы участвовать в аукционе, - уже безо всякой охоты ответил его собеседник, которого начинала раздражать подобная непонятливость. Аукционе китайского фарфора. Сегодня распродается коллекция покойного Уиларда Декстера, и устроители рассчитывают выручить за нее не меньше пяти миллионов долларов.
– Ого! Теперь я понимаю...
– И отлично. А теперь давайте помолчим и посмотрим.
Поднявшись по ковровой дорожке, устилавшей ступени, приглашенные попадали в белый с золотом зал - только что отреставрированное блистательное творение Стэнфорда Уайта. Гости протягивали свои пригласительные билеты лакею, облаченному в ливрею, а тот важно передавал их охраннику, сверявшему имя очередной Знаменитости со списком гостей, а лицо - с фотографией на приглашении. Затем Знаменитость направлялась к роскошной лестнице, которая вела в сияющий зеркалами зал. Здесь гостей встречала миниатюрная, удивительно красивая женщина в нарочито простом черном атласном платье.
Сердечность ее улыбки и длительность рукопожатия находились в прямой зависимости от суммы, которую
– Ты видел ее платье?– обратилась одна из известных дам к своему спутнику, изображая крайнюю степень возмущения, а на самом деле сгорая от зависти.– Сразу видно, что под ним ничего нет.
– Доминик дю Вивье всегда в боевой готовности.
Недовольно оглядев переполненный зал, женщина раздраженно сказала:
– Ты уверял, что приглашено будет шестьсот, но, похоже, здесь их не меньше шести тысяч.
– Их ровно шестьсот. Ты не можешь себе представить, каких трудов мне стоило достать билет.
– Известно, каких...– язвительно прошептала на ухо своему спутнику женщина слева, глазами указав на Доминик.
Аукцион, о котором в Нью-Йорке говорили уже несколько недель, проводился в бывшем бальном зале с оставшимся от прежних времен великолепным паркетом и возвышением для оркестра. Вдоль одной из стен тянулся ряд высоких, от пола до потолка, окон, вдоль другой - ряд зеркал, умножавших и без того многочисленную толпу.
С потолка свисали две огромные хрустальные люстры, в которых сверкали и дробились тысячи огней.
Женщины в платьях от Норелла, Халстона, Оскара де ла Ренты, Диора, Ива Сен-Лорана и Карла Лагерфельда, все как одна, с утра побывали в парикмахерской Кеннета и взяли из банков свои драгоценности. Мужчины время от времени похлопывали себя по внутреннему карману, желая удостовериться, что их чековые книжки на месте.
В воздухе витал пьянящий аромат изысканных духов и дорогих сигар.
В людском водовороте то возникали, то распадались маленькие группки. Женщины придирчиво оглядывали соперниц. Те, у кого были "Старые Деньги", брезгливо косились на нуворишей. Известные Имена старались держаться рядом с Известными Лицами, которых здесь было пруд пруди. Женщины тихонько ахали при виде смуглого красавца - нового секс-символа - под руку с партнершей по телесериалу и пялили глаза на Живую Легенду, пребывавшую на вершине Голливуда - подумать только!– с 1940 года. Здесь собрались политики, воротилы с Уолл-Стрит, индийский магараджа и два гонконгских миллионера, а также Игорь Колчев и Александр Добренин, некогда белоэмигранты, а ныне американские мультимиллионеры - любители восточного фарфора и непримиримые соперники. Сюда съехались финансовые тузы и крупные промышленники с Восточного и Западного побережья, а также несколько европейцев - взглянуть, как приживется самый консервативный аукционный дом в суматошном, помешанном на успехе Нью-Йорке.
Зал вибрировал, наэлектризованный женщиной в черном и предстоящими торгами. Вот-вот будут потрачены огромные деньги. Сквозь гул доносились обрывки фраз:
– ..сюда приплыла крупная рыбка со всех океанов.
– ..на подготовку ушло два года. Не пожалели ни сил, ни денег.
– ..а Доминик в боевой готовности.
– Не только она. Похоже, и Добренин, и Колчев готовятся к сражению. Что эти двое русских, все борются с революцией?
– .."Деспардс" давно наступал им на пятки. Но "Сотбис" и "Кристи" так просто не сдадутся.