Ева

— Я категорически возражаю против непосредственной передачи в эфир, — сказал Вычислитель.

— Как это, возражаете?! — опешил Корреспондент. — У нас программа…

— У меня тоже.

— Я не о том. Передача объявлена три дня назад, и десятки миллионов телезрителей… Да они же оборвут все телефоны, если мы ее отменим!

— Никто не говорит об отмене. Отложите ее на час. Если опыт удастся, пожалуйста,

пускайте в эфир.

— Но есть же распоряжение…

— Мне кажется, что здесь распоряжаюсь только я.

— Ну, как вам нравится такой сюрприз?! — обратился Корреспондент к Антропологу.

Tот пожал плечами, явно показывая этим, что не намерен ввязываться в спор.

— Зря вы так, — вмешался Психолог. — Это же мировая сенсация, и совершенно понятно, что широкая публика проявляет небывалый интерес. Да и что такое может произойти, чтобы откладывать передачу?

Вычислитель потер ладонью щеки, заросшие седой щетиной. Он не спал уже двое суток, и ему ни к чему была вся эта шумиха. Сейчас его волновало совсем другое.

— Я уже сказал, — устало произнес он, — отложите на час. Поймите, что никто не может ничего гарантировать.

— Где у вас телефон? — спросил Корреспондент.

— Там, — Вычислитель указал на соседнюю дверь.

— Я позвоню в студию.

— Пожалуйста.

Через несколько минут Корреспондент вернулся в машинный зал заметно повеселевшим.

— Передача начнется точно в назначенное время. Дня начала мы дадим фильм, снятий на раскопках. Тем временем, будем вести видеозапись и, если…

— Хорошо, — перебил Вычислитель. — Сейчас начнем.

— Погодите, я включу осветители.

Корреспондент дал знак операторам, и пять ярких ламп осветили пульт.

Вычислитель поморщился.

— Нельзя ли убавить свет? — спросил он, прикрыв рукой глаза.

— Придется потерпеть, — Корреспондент взял микрофон. — Вы, наверное, скажете несколько слов для начала?

— Не собирался.

— Тогда разрешите мне?

— Валяйте! — кивнул Вычислитель.

Корреспондент вынул из кармана блокнот и торопливо просмотрел записи.

— Отлично! Начинаем! — Он подождал, пока на ближайшей камере зажглась сигнальная лампа. — Итак, дорогие друзья, вы только что стали свидетелями самой сенсационной находки нашего времени. В зоне вечной мерзлоты во время раскопок были найдены останки двух человек, мужчины и женщины, обитателей тех далеких времен, когда по земле еще разгуливали мамонты. Сейчас большая группа ученых изучает эту находку. Реконструкция, выполненная по скелетам, будет в скором времени экспонирована в антропологическом музее. Однако, это — далеко не все. Срезы сохранившихся тканей были переданы в Вычислительный центр, где в течение года велась титаническая работа, с результатами которой мы вас сейчас ознакомим. Несколько слов об этой работе. При помощи тончайших методов современного анализа расшифровывалась генетическая структура и переводилась на машинный язык. Сейчас в машине, пульт которой перед вами, хранится вся информация, которая обычно заключена в шифрах генетического кода каждого индивида. Теперь машине предстоит ее суммировать и перевести

в зрительный образ. Короче, мы сейчас с вами увидим, как выглядели эти люди. Итак, внимание!

Корреспондент выключил микрофон и, нагнувшись к плечу Вычислителя, спросил:

— Ну, как?! Не очень я наврал?

— Не очень.

Вычислитель произвел какие-то манипуляции на пульте, и в одном из двух прозрачных цилиндров возникло мутное облачко. Постепенно уплотняясь, оно превратилось в объемное изображение женщины.

— Боже! — прошептал Корреспондент. — Кто бы мог подумать?! Да наши прославленные красавицы с ума сойдут от зависти!

— Теперь — мужчина, — сказал Вычислитель.

— Дайте крупный план! — зашипел Корреспондент операторам. — Ведь все античные статуи по сравнению с ними — просто чурбаны!

Несколько причудливых аппаратов подъехали к цилиндрам и на время скрыли их от объективов камер.

Корреспондент снова вспомнил о своих обязанностях. Он поднес микрофон к Антропологу и спросил:

— Не расскажете ли вы, что сейчас происходит?

— Антропологические измерения и фотографирование.

— Скажите, неужели действительно так выглядели люди, которые охотились на мамонтов?

Антрополог улыбнулся.

— Конечно, нет. На реконструкциях, выполненных по скелетам, они совсем другие. Они могли бы так выглядеть, как здесь, если бы с детства не были обречены на вечное недоедание, холод и жестокую борьбу за существование. Если бы их не донимали паразиты и болезни, если бы… Словом, это то, что генетически заложено в человеке. Некий оптимум, предусмотренный природой. В той композиции, которую вы видите, ни одна клетка тела не подверглась разрушающему воздействию внешней среды и времени. Это — девственно чистые организмы.

— Добавьте, с девственно чистым мозгом, — заметил Психолог.

Корреспондент поднес к нему микрофон.

— Может быть, вы поясните вашу мысль?

— Охотно! Ведь эти образы — всего лишь фантомы, синтезированные на базе значительно более широкой информации, хранящейся в машине. Там имеются данные не только о росте, объеме грудной клетки, цвете глаз и волос, но и сведения, так сказать, более интимного характера. В частности, все инстинкты, переданные по наследству. Только инстинкты. Ничего, что связано с обучением, тем нет. Больше того: там нет ни одного бита внешней информации. Поэтому я и говорю о девственно чистом мозге. Такой мозг для психолога — сущий клад, так как дает возможность проверить экспериментально ряд фундаментальных предположений. В тех опытах, которые я намерен провести…

— Я убираю изображения, — вмешался Вычислитель.

— Минуточку! — Корреспондент подошел к операторам. — Дайте еще раз крупный план. Вот так! Благодарю вас!

Вычислитель перевел рычажок на пульте, и изображения исчезли.

— Вы готовы? — обратился он к Психологу.

— Готов! Вот катушки с программами. Но я полагаю, что телезрителям будет интересно ознакомиться с проблемами, которые сейчас подлежат исследованию?

— Конечно! — сказал Корреспондент. — Прошу вас!

Психолог откашлялся и поправил галстук.