Эпизод 2. Антиканон

1. Для меня Вейдер ОТ и Анакин Эп 2–3 — разные люди. Не с точки зрения сторон Силы. С точки зрения ДНК.

2. Я пурист. Мой канон — ОТ.

3. Несмотря на пункт 2, события Эп 1 на 90 % совпадают со Святым Каноном Лукаса.

4. Из Эп 2–3 взято около 10 %. Поскольку текст был написан после просмотра фильмов, было трудно не взять из фильмов те идеи, которые нравились. Признаюсь честно: без приквелов Лукаса этого фикшена не было бы вообще.

5. Не ищите совпадений с литературой SWEU. Автор с ней практически не знаком.

6. Для

меня фикшен «Смерти нет» (постэндорский, о Люке) и этот фикшен — две части одной истории.

— При всем уважении, магистр Винду, — сказал Cэси Тийн. — Не думаю, что имеет смысл продолжать поиски. Боюсь, что мальчик уже сгинул на нижних уровнях.

— Я не вполне в этом убежден, — сказал Мэйс.

— Даже если он до сих пор там. Он не мог далеко уйти. И рано или поздно попадется. А его фотографии и образцы крови разосланы по полицейским участкам, с требованием сообщить нам.

— Как ты думаешь, Тийн, — Мэйс сложил ладони вместе, — как часто республиканская полиция проявляет интерес к нижним уровням?

— Тем более. Если на верхних его так и не поймали, то на нижних он не мог выжить. Там опасно.

— Опасно? Мальчишка сам опасен.

— Магистр Винду, я понимаю вашу… досаду, — Галлия помедлила, тщательно подбирая слова и улыбку. — И все же… Вы говорите о ребенке.

Винду повернулся к ней.

— Конечно, магистр Галлия. О ребенке. Которого мы три года в Храме учили постигать Силу. И я повторяю: речь идет об очень опасном ребенке.

— Я не совсем в курсе дела, но, как я понял, официально этих поисков не происходит? — спросил Пло Коон.

— Верно. О случившемся информирована только подконтрольная нам служба безопасности. Ордену не стоит широко афишировать побег воспитанников.

— С другой стороны, это у нас не первый раз.

— Всех остальных беглецов мы успешно ловили, — заметил Тийн.

— А этот особенный.

— Причем хорошо фонит в Силе. Но даже Кеноби говорит, что практически не чувствовал его с того самого дня.

— Мальчишка просто не использует Силу и все. Не такой уж он дурак, — фыркнул Винду.

— Да он вообще не дурак. И тем не менее, магистр Винду, — продолжил Тийн. — Я все-таки склоняюсь к тому, что мы более ничего не сможем сделать. Прошло уже три месяца.

— За прекращение поисков ратую я, — впервые за все время заседания Совета отозвался Йода. — Побег падавана нашей ошибкой признать стоит. Но Скайуокера юного найти более не сможем мы. Если и жив он, то пусть идет с миром.

Винду бросил усталый взгляд в сторону Йоды, и дал отмашку на закрытие заседания. Потом он вместе с Сэси Тийном спустился из башни в одну из бесконечных галерей Храма.

Разговор продолжался.

— Я слышал, — сказал Тийн, — что полиция только в северном секторе находит сотни трупов, каждый из которых по возрасту и внешности мог бы сойти за мальчишку.

— Это правда. Только анализ ДНК не совпадает ни с одним, — ответил Винду.

— Слушай, а сколько останков человеческих тел было проанализировано?

— Около трехсот. Которые, как ты сказал, подходили по возрасту и по внешности. Причем, подумай, это такая мелочь для Корусканта. И, честно говоря, эта возня с трупами мне поднадоела. Был бы я уверен, что он действительно…

— По-моему, он не стоит того, чтобы о нем вообще говорить на Совете, — сказал Тийн. — У нас достаточно

других проблем.

— Если потом окажется, что мы слишком рано прекратили его поиски…

— Мы когда-нибудь еще услышим о нем.

— Вот именно.

Дредноут «Мегера» дрейфовал на орбите К-3, четвертой по значимости планете кореллианского сектора. Корабль, входивший в состав пятого флота Республики, перевозил один десантный полк, а также причисленные к нему три эскадры истребителей и эскадру бомбардировщиков. Остальные дредноуты соединения держались той же орбиты.

Безусловно, за долгие годы не только кореллианцы, но и все жители центральных регионов привыкли, что республиканский флот патрулирует окраины государства и почти никогда не появляется внутри огромной системы. А если какой корабль и появляется, то старается сгинуть с глаз обывателей в кратчайшие сроки, ибо увидеть военный корабль в экономически благополучной системе уже считалось плохим предзнаменованием. Поэтому крайне неприятно было однажды рассмотреть на экранах своих холовизоров зависшие над планетой дредноуты, огромные и на первый взгляд неповоротливые. По всей Кореллии поползли неприятные слухи о возможности боевых действий вблизи их мирной системы, все жители которой по старой доброй традиции отцов и дедов верили в собственный банковский счет куда более пылко, чем в незыблемость республиканских законов. Тем более, что правители системы были сильно заинтересованы в сохранении выгодных связей своих корпораций с контрабандными сетями Орд-Мантелла и Внешних Регионов. Однако, государственный заказ на снабжение боевого соединения довольно быстро компенсировал все нехорошее удивление сложившейся ситуацией и остановил слухи. Часть кораблей и истребителей действительно нуждалась в ремонте, и дешевле это было осуществить своими силами, закупив необходимую технику и запчасти у кореллианцев, нежели платить за место в верфях Фондора. Этого обстоятельства кореллианцы не знали, иначе непременно взвинтили бы цены втридорога. Но пока что порт К-3 прилежно поставлял кораблям необходимое снабжение, и контр-адмирал посоветовал капитанам кораблей и командирам десантных подразделений закрыть глаза на беспрепятственное передвижение судов контрабандистов, с которыми на пограничных территориях Республики они привыкли разговаривать на языке турболазеров и винтовок.

И все как будто забыли о том, что в галактике вот уже два года идет гражданская война.

На мостике дредноута два офицера напряженно вглядывались в стекло иллюминатора, как будто надеясь увидеть там нечто более интересное, чем серо-зеленый шар К-3. Так поступают люди, которым или неудобно уйти от разговора, или же нужно выждать некоторое время. В нашем случае имели место оба варианта.

Первым нарушил молчание высокий человек с погонами капитана третьего ранга.

— Капитан Штрим, разрешите…

— Ах да, еще твоя отпускная. Давай сюда.

— Прошу вас, сэр.

Штрим вновь посверлил глазами несчастный пропуск, судьбу которого он никак не мог определить уже четверть часа. Его старший помощник, только что почтительно протянувший капитану этот документ, снова сложил руки за спиной и теперь невозмутимо разглядывал расположенные недалеко приборные доски. Казалось, он и вовсе не замечал нахмуренных бровей капитана.

— А вообще, не дело это. Отпуск во время боевых действий.