Дрейк

Сингапур. Китайский городок...

Тихими, почти бесшумными шагами скользила смерть по узкой обшарпанной лестнице, поднимаясь на второй этаж дома, принадлежавшего Хан Танг Ну. Дом находился на одной из маленьких тихих улочек китайского городка.

Смерть не была похожа на ту смерть, которую изображают художники. Даже косы у нее не было. В жилах смерти текла человеческая кровь и она имела облик обыкновенного человека. Добравшись до третьей двери в коридоре третьего этажа, человек постучал и вошел.

– Мсье Морли?
– спросил он с кривой усмешкой

Пожилой человек маленького роста и в очках поднялся навстречу гостю.

– Да, это я. Жду вас с самого утра, - проговорил он на плохом английском.

Он протянул руку для приветствия, но гость совсем не собирался отвечать рукопожатием. Вместо этого он быстро вскинул руку, блеснул длинный тонкий кинжал и через какую-то долю долю секунды сталь вонзилась в сердце француза. Тот успел лишь удивленно взглянуть на убийцу и в следующее мгновение упал на колени, а затем на циновку, постеленную на полу. Убийца вытер кинжал о белый тропический костюм жертвы и сунул его в ножны, висевшие у него слева под мышкой вместо револьвера в кобуре. После этого он быстро обыскал скудно обставленную комнатку.

Он нашел два чемодана, саквояж, наполненный бельем и одеждой, и еще одну коробку почти кубической формы. Ключ от неё он отыскал в кармане брюк Морли. Но он не стал открывать этот ящичек, потому что знал о его содержимом.

Закрыв двери квартиры, он снова спустился вниз. Ящичек с ручкой он держал в руке. Повесив ключ на дощечку в холле, он вышел на улицу, свернул за угол, где стояла его машина и, переехав через реку Сингапур, направился в северном направлении. Он был доволен. Все прошло гладко, без малейших осложнений. Именно на это он и надеялся, отправляясь к маленькому французу.

Мистер Браун повесил трубку городского телефона и схватил трубку внутреннего.

– Хелло, Дрейк! Мне только что позвонил некто Владимир Лупов. Он заявил, что он иммигрант и что сделал важное изобретение. Но это изобретение у него выкрали. Он был в таком сильном волнении, что я поверил этому человеку. Лупов обещал приехать через два часа, и я хотел бы, чтобы вы присутствовали при нашем разговоре. Кроме того, было бы неплохо, если бы вы за это время узнали кое-что об этом человеке.

– Я выясню это у Барби и у иммиграционного комитета.

– Хорошо, Дрейк.

В первую очередь Дрейк навестил Эдгара Барби, чиновника одного из отделов ЦРУ, обязанности которого заключались в том, чтобы знать всех и вся. Он нашел его в огромном помещении картотеки, которая была самой большой не только в США, но и во всем мире.

– Чему обязан вашим визитом, мистер Дрейк?
– улыбнулся Барби.
– Мы не виделись с вами с тех пор, как я дал вам кое-какие справки в деле Марселя Биллона и тем самым помог вам распутать эту историю.

– С подобной просьбой я пришел и сегодня. Кто такой Владимир Лупов? Говорят, какой-то иммигрант, говорят, также, что якобы он изобретатель.

Мистер Барби тотчас же начал рыться в книгах.

– Вы говорите - иммигрант. Русский, наверное. А вы знаете, сколько ему приблизительно лет?

– Понятия не

– Если это действительно русский иммигрант, то тогда он, вероятно, бежал от большевиков приблизительно в 1917 - 1919 годах, а сейчас уже довольно стар.

Он снова взялся за книги. А потом неожиданно раскрыл телефонную книгу Петербурга, нынешнего Ленинграда.

– Лупов... Владимир Лупов...
– повторял он про себя.
– Ага, так я и думал... Генерал Борис Лупов. Он мог быть его родственником и даже отцом.

На столе Барби появились и другие справочники. Наконец он поднял глаза.

– Вам повезло, Дрейк! Генерал Лупов прибыл в Америку в 1919 году вместе со своим девятнадцатилетним сыном. Ехал он через Китай и Гонконг. Как и всех русских, его тщательно проверили, но ничего подозрительного замечено не было. Генералу удалось спасти часть своего состояния в золоте и драгоценных камнях. Умер он в 1932 году. Его сын получил хорошее воспитание и стал инженером. Большего, к сожалению, я ничего сообщить не могу.

– У вас имеется его адрес?

– Только адрес покойного отца. Он жил в Нью-Йорке на Восточной 69?й улице, но с тех пор миновала вечность.

– Большое вам спасибо, Барби! Можно мне воспользоваться вашим телефоном?

– Конечно! И если вам понадобиться еще что-нибудь, не стесняйтесь, приходите к старому Барби.

– Благодарю.

Телефонный звонок иммиграционным властям не дал никаких результатов. Но зато Дрейк нашел в нью-йоркской телефонной книге телефон Владимира Лупова, инженера и владельца гаража. Гараж находился на Западной 21-ой улице, 20. В половине одиннадцатого Дрейк уже был у своего шефа. До прихода Владимира Лупова оставалось четверть часа.

Дрейк сообщил о том, что ему удалось выяснить. Мистер Браун кивнул и вновь занялся изучением каких-то бумаг.

Дрейк ждал уже около двадцати минут. Шел уже двенадцатый час. Возможно, Лупов немного опаздывает. А может быть, вся эта история и яйца выеденного не стоит?

– Может, мне позвонить этому Лупову?
– предложил Дрейк.
– Мне почему-то кажется, что он вообще ничего об этом не знает.

Мистер Браун снова кивнул. Джон набрал номер. Послышались монотонные гудки, но к телефону никто не подошел.

– Наверное, он уже едет к нам, - произнес он с надеждой.

Но мистер Лупов не приехал.

В двенадцать часов мистер Браун взглянул на большие стенные часы.

– Слетайте-ка быстро в Нью-Йорк и навестите этого парня. Я не думаю, что он просто хотел подшутить надо мной. В конце концов, я знаю толк в звонках такого рода. Он разговаривал действительно тревожным голосом.

Дрейк воспользовался дежурной машиной, доставившей его в аэропорт, и в половине второго он уже сворачивал на 21-ую улицу со стороны Парк-авеню. Дом N 20 находился недалеко от Гудзона в районе старых домов и сараев. Гараж был похож на склад торговца старыми товарами. Рядом стояли старые брошенные машины. Их было больше десятка. Рядом располагались еще несколько сараев и дом из плит. На двери красовалась табличка: