Шрифт:
Эльвира Бочкова
ДЕВЯТАЯ КНИГА
Стихи
Нижний
Издатель Гладкова
2005
ББК 84(2Рос=Рус)6
Б86
Бочкова Э.Л.
Б86 Девятая книга: Стихотворения. – Н. Новгород:
Изд. Гладкова О.В., 2005. – 108 с.
ISBN 5-93530-131-8
«Девятая книга» лирики члена Союза писателей России Эльвиры Бочковой перекликается по названию с фольклор-ной, магической цифрой 9, наталкивая на мысли о «девятом вале».
Стих поэта упруг, смелая метафоричность и верность жиз-ненным принципам пронизывают книгу. Характер лирической героини – сильный, бескомпромиссный – выплеснут в объём поэтической книги без остатка, без боязни.
Искренняя, самобытная русская женская лирика попол-нилась еще одним душевным и жизненным опытом.
ББК 84(2Рос=Рус)6
ISBN 5-93530-131-8
В ДЕНЬ НЕРОЖДЕНИЯ
Не привижусь такою, какою хотел бы
В этой жизни безмерной увидеть меня, –
Налетели гурьбой – вихревой, оголтелой –
Эти снежные вихри средь белого дня.
На заре бытия,
В первый день нерожденья
Разных видов на счастье,
На благость вестей,
Только снег и пришёл,
Как колёса, в движенье, –
И летел, и побил непредел скоростей
Тех вращений земли,
Что, «тепла», как улитка,
Нянчит в панцире жёстком
Живые рога, –
И огромный сугроб,
Вроде древнего свитка,
Снова под ноги лёг, –
И связал берега
Жизни, знавшей азарт,
С той, что горнею будет.
И рождаться меня –
Лишь бы мерой любой! –
Не заставит и март,
Поднесённый на блюде
В нерождения день
Вне
* * *
Доживаю жизнь, приемлю смерть?
Знать о дате смерти не хочу.
Ничего не делать, боль – терпеть.
Зажигает звёздочку-свечу
Тот, кто видит дальше, выше всех.
…А потом природа уберёт
С небосвода бывшей жизни всплеск
И погасит в тёмной глуби вод.
И тогда – очнётся ото сна
Не моя, так ноченьки весна –
И распустит розовый бутон
Солнца – золотому 'yтру в тон.
связь времЁн
Ещё на сердце было столь темно
И пусто, словно в погребе весеннем,
Но свет уже пропитывал окно,
Вернее, щели в образе расселин,
Изрезавших непрочный горный склон,
Точнее – склоны русского оврага.
…В теченье перестроечных времён
Моя со щёк на грудь стекала влага.
И мне земля казалась не холмом,
Обёрнутым в зелёный вешний бархат, –
Моя земля – сиротский отчий дом
С открытой дверью, чтобы дверью «ахать»,
Когда гремят орудия грозы:
Ведь грозы не проходят стороною…
…Всевластный май, над собственной страною
Восстань, – как к жизнелюбию призыв!
* * *
Как изощрён февральский норов!
Морозы – градусов под тридцать.
…И это – сразу после споров
О том, что оттепель продлится
Иль – что не в срок! – разлив весенний,
Когда вода – домам по горла.
...И всё ж у всяких потрясений –
Своя критическая норма.
Построй над бурною рекою
Свой навесной мираж-мосточек:
Он напряжётся тетивою –
И стрелы вылетят из почек
Той прочерневшей, голой рощи,
Что нависает над обрывом,
Как толща тьмы безбожной ночи
Над предрассветом-переливом
Из той из чаши мироздания,
Угомонившей вдруг морозы.
…На окнах – символы свидания
С весною: веточки мимозы.
* * *
Едва-едва проклюнувшийся дождь,
Из облака проклюнувшийся плоского,
Ты мил мне тем, что ты не залил сплошь
Ни мягкого, ни твёрдого, ни жёсткого.
Среди двора – зелёная скамья.
Чьи руки на пеньки её поставили?
На ней дождинок-крапинок семья –
Уселась молча, а не с гвалтом, стаею.
И по траве, увидевшей с утра
Не белый свет, а просто – скромный, серенький,
Ещё пройдётся дикая жара, –
И срежет мой сосед траву на веники.
Там, у забора – немощен и наг –