Чёрная метка

Рита с ужасом рассматривала галдящую толпу. Перед её глазами во всей своей дикой красе предстала главная достопримечательность Тортуги — невольничий рынок. Девушке не хотелось даже думать о том, что здесь, в этом страшном месте она является всего лишь живым товаром. Она — племянница одного из самых влиятельных людей Земли, дочь знаменитого астронавта и внучка самого эксцентричного богача Федерации! Ей вообще не хотелось верить в тот кошмар, который с ней произошёл! До того момента, как на их корабль напали, она наивно полагала, что рассказы об этом чудовищном месте — не более чем выдумка скучающих аристократов Федерации,

которым смертельно надоел порядок и покой их уютных и предсказуемых миров, но которым не хватало духа, чтобы рискнуть и лично отправиться в это гнездо порока. А вот она, Маргарита Вершинина, смогла, решилась! Только гордиться, как оказалось, нечем, разве что своей беспросветной глупостью. А ведь дядя предупреждал! Почему она его не послушала?!

Тортуга — вторая планета системы Немезиды и столица Вольного братства. Именно в этом месте осело большинство тех, кого благородные господа из различных миров Федерации презрительно называют отбросами общества. Беглые преступники, авантюристы всех мастей, учёные, проводящие здесь опыты, запрещённые во всех цивилизованных мирах, и просто романтики, которым не хватало свободы у себя дома, все они устремлялись к тусклому фонарику Немезиды — сестры Солнца, подобно мотылькам и многие здесь же находили свою смерть.

Вольное братство не любило чужаков и прижиться на одной из пяти планет этого непризнанного государства могли лишь по-настоящему отчаянные, смелые или очень хитрые люди. Именно из таких людей и состояло всё население Вольного братства, чьим государственным флагом был выбран «весёлый Роджер», а гимном — песня «Пятнадцать человек на сундук мертвеца». Основатель Вольного братства Фернандо Кортес отличался своеобразным чувством юмора. Настоящее имя отца-основателя давно забылось, все помнили лишь его пиратский псевдоним. Точно так же Фернандо переименовал и все планеты системы Немезиды на новый лад. С ним, конечно же, никто не стал спорить.

А начиналось всё на маленькой, неуютной планете без названия, спрятанной за облаком Оорта. Вот там, в стороне от глаз галактической полиции росло и набирало силу то, что впоследствии стало бичом всей могущественной Федерации.

Вскоре разросшемуся населению маленькой планетки без названия стало тесно и многочисленные легкие кораблики пиратов устремились к Немезиде. Там Фернандо Кортес и основал свою державу.

Их долго не замечали, но, когда нападения стали слишком уж частыми и вызывающими, Президент Федерации отдал приказ истребить всю эту шваль. Его выступление было встречено громом аплодисментов. Но сказать легко, а вот выполнить этот приказ оказалось не реально. К тому времени братство успело набраться сил и основательно закрепиться на новом месте. И после многочисленных кровопролитных, но безрезультатных сражений, сторонам удалось, всё-таки, прийти к компромиссу. Пираты пообещали нападать только в открытом космосе и не устраивать кровавые побоища на самих планетах, а Федерация в свою очередь закрыла глаза на их безобразия и сделала вид, что такого явления, как Вольное братство в природе не существует.

Над пёстрым человеческим морем неслась разухабистая песня:

Пятнадцать человек на сундук мертвеца! Йо-хи-хо, и бутылка рому! Пей и дьявол тебя доведёт до конца! Йо-хи-хо, и бутылка рому! Их мучила жажда, в конце концов, Йо-хи-хо, и бутылка рому! Им стало казаться, что едят мертвецов Йо-хи-хо, и бутылка рому!

Каждый

раз, когда новый куплет громовыми раскатами проносился над огромной площадью рынка, Рита вздрагивала, словно от пощёчины. Песня казалась ей такой же страшной и омерзительной, как и всё, что её окружало. Но больше всего её пугали люди. Разве можно так ярко одеваться? На Земле подобная пестрота считалась признаком дурного вкуса. Там все выбирали для себя строгие, сдержанные тона, что создавало иллюзию целостности нации. Редко кто позволял себе выделиться из толпы. Но Вольное братство как будто решило для себя делать всё не так, как принято в Федерации и здесь царило такое многоцветие, что оно с непривычки резало глаза.

Рита вспомнила, что на ней надето и сжалась, обхватив плечи руками. Одежда, которую ей выделил хозяин, была призвана не столько скрывать, сколько подчёркивать наготу. Полупрозрачная, короткая блузка и такие же шаровары — наряд галактической проститутки. Девушка залилась густым румянцем.

— Сколько? — Услышала девушка рядом с собой свистящий голос и подняла глаза.

Перед ней стоял серокожий «пёс» и бесстыдно ощупывал её взглядом, выискивая скрытые дефекты. «Так покупают скотину»: — подумала она с тоской.

— Семьсот кредитов, — недовольно ответил её хозяин.

— С ума сошёл?! — Возмутился «пёс». — Да тут не на что смотреть. Чего это она у тебя вся такая скукоженная? Пусть станет ровно, а то ничего не видно.

Хозяин достал электрошокер и, не говоря ни слова, прикоснулся им к плечу Риты. Тело девушки дёрнулось, выгнулось дугой, но разряд был слишком слаб, чтобы она потеряла сознание.

— Выпрямись, — процедил хозяин сквозь зубы, — так тебя никто не купит.

— А я не хочу, чтобы меня купили, — с трудом сдерживая слёзы, зашептала Рита. — Я домой хочу. Отпустите меня, пожалуйста! Мой дядя заплатит вам ту цену, которую вы назначите.

Лицо Суллы, так звали хозяина, брезгливо скривилось.

— Мне плевать на твоего дядю! — Заявил он. — У меня свой бизнес, ясно?! Лучше я продам тебя за семьсот кредитов, но не буду рисковать своей шкурой. Стар я для таких развлечений.

Рита хотела сказать, что она и сама могла бы заплатить необходимую сумму, но вовремя прикусила язык. Она уже совершила достаточно ошибок. Девушка поняла, что стоит ей только заикнуться о своих деньгах и Сулла не успокоится, пока не выдавит из неё всё до последнего кредита, а потом всё равно продаст в рабство. Глядя на эту гнусную, хитрую рожу, Рита ни на секунду не сомневалась, что всё именно так и будет.

— Сколько уступишь? — Поинтересовался «пёс».

— Ни кредита, — раздражённо ответил хозяин.

Обитателей Сириуса недолюбливали везде. Все три планеты этой звёздной системы были заселены одним и тем же народом — серокожими и темноглазыми «псами», так их назвали не за сходство с собаками — чего нет, того нет, а за то, что в старину Сириус называли песьей звездой. Этот древний народ обладал массой неприятных качеств: непредсказуемостью; упрямством и чудовищным самомнением.

— Это рынок, — напомнил «пёс», — здесь принято торговаться и уступать.

— Мой товар, что хочу, то с ним и делаю! — Сулла даже не пытался скрыть своё раздражение, но Рита была этому рада. Меньше всего она хотела бы попасть в рабство к «псу».

Вокруг них уже стала собираться толпа зевак. Девушка вновь сжалась, опустила голову и изо всех сил старалась не привлекать к себе внимание. Она надеялась, что, если хозяину не удастся её выгодно продать, то, возможно, он согласится связаться с дядей Виком и потребовать с него выкуп.

— Девка то, дохлая какая-то, — закричал кто-то из толпы, — ни сиси, ни писи. Много просишь, Сулла!