Ад

— Ты кто?

с удивлением спросил Воин. Перед ним стояла девушка (это если судить по крутому изгибу бёдер, и тонкой талии, проступающей даже сквозь мешковатый камуфляж).

— Я — Смерть.

Ответила девушка прокуренным голосом. Лицо её было закрыто «ночкой», а в руках девушка сжимала автомат.

— А где коса?

Воин всё

ещё не понимал что происходит. Он не замечал, что время вокруг них замерло. Остановились, повиснув в воздухе пули, замерли люди, застыли клубы дыма, замёрзло пламя.

— А чем вот это хуже?

Девушка кивнула головой на свой АКМ, и Воин отметил, что с автоматом обращаться она умеет. В её руках он не вёл себя, как неуклюжая палка, он подчинялся всем её прихотям, чутко реагировал на желания хозяйки.

— А подствольник зачем?

Девушка не ответила. Вместо этого она отстегнула от пояса флягу, встряхнула её, и отвинтив пробку, протянула Воину.

— Будешь?

Воин принял флягу из затянутой в кевларовую перчатку, удивительно тонкой руки. В нос ударил резкий запах спирта, и, зажмурившись, он сделал мощный глоток. Адская жидкость прокатилась по горлу, заполнив нутро пламенем. Хотел, было занюхать рукавом, но девушка уже протягивала ему папиросу.

— «Ялта?» Ну, нифига себе!

Крепкий табак продавил вкус спирта, и Воину стало совсем хорошо. Тем временем девушка подкатила маску, и Воин заметил, что лицо её было лишено кожи. ДА что там кожи, мышцы тоже отсутствовали. Голая высохшая кость, как у скелета. Один из передних зубов отсутствовал напрочь. Как ни в чём не бывало, девушка сжала зубами бумажный мундштук папиросы, и закурила.

— А почему разгрузка немецкая?

Воина тяготило молчание, тем более что звуки вокруг пропали, а краски, наполнявшие мир вокруг них, постепенно выцветали. И это было ненормально.

— Удобно. Пожала плечами девушка, присев на валяющийся рядом труп.

— А тебе идёт форма. Смерть улыбнулась. Хотя улыбаться было, вроде, и нечем.

— Нечасто мне делают комплименты. Ты молодец. Если бы могла, оставила бы тебя здесь.

Воин нахмурился и опустил глаза, осматривая себя. Повреждений на теле вроде не было, но камуфляж зиял дырами. Броник был выпотрошен.

— Как меня?

Смерть показала пальцем, куда то за спину Воина. Он обернулся, и увидел….. себя. Он лежал с разорванным пулей горлом. «Не жилец» сам себе поставил он диагноз.

— Ага, хмыкнула Смерть.

— Куда мы сейчас?

— А вот сейчас докурим, и пойдём потихоньку. Тебе теперь некуда торопиться. Вся вечность впереди.

Смерть потушила папиросу о свой английский камуфляж, ножом поддела дёрн, сунула под него окурок, и поднялась с трупа, на котором сидела. Воин попытался сделать то же самое, но нож отказывался вспарывать землю.

— Ты уже не принадлежишь этому миру, давай прикопаю.

Смерть схоронила и его окурок, помогла Воину встать. Рука её оказалось

необычайно крепкой, сильной. Воин хмыкнул, а Смерть откатив маску обратно, вновь закрыла свой подбородок и шею, став похожей на человека. И пружинистой походкой они отправились в вечность. Молодая смерть с симпатичной фигуркой, выполняющая свою работу, и крепко сложенный сильный воин, который шёл к друзьям.

— Ну чё?

— Щас, отдохнём……

Кто то тут же начал осматривать трупы на предмет оружия, патронов, денег, зажигалок и прочих трофеев.

— умели раньше строить…. — сказал Снег, осматривая дот.

— Ага…. Бизон, что там у тебя? В бункере все примолкли, чтобы не мешать радиопереговорам …

— Пока все целы, поставили дымы, но их закидывают из подствольников.

Мне приходится дублировать информацию для Гнома со Снегом, т. к. рации, как всегда, в дефиците, и своими «Yeasu» пришлось поделиться с другими офицерами, чтобы хоть как-то координировать действия.

— Так кого ждём?

— Кондора. Они ещё не вышли….. и тут же в наушниках голос командира:

— Мы на месте, начинаем!

— Ну! С нами бог, и пулемёты!

Мы выскакиваем из дота, времён ещё великой отечественной войны…. Слева из лесочка высыпали цепью казачки, справа, из балки, поднялся Бизон с десятком ребят……

Гном тут же падает, клацают по старому бетону сошки его ПК, бойцы прыгают в стороны, освобождая ему сектор, и длинная очередь уходит к вражеским позициям.

— ЧЁТ!

Половина бойцов уже лежит на земле, и под их прикрытием, вторая половина делает бросок к ямкам, камням и воронкам. Я замечаю, как двое молодых бойцов, сталкиваются, прыгнув в одну воронку, но, слава богу, быстро приходят в себя, и изготавливают автоматы к стрельбе.

— НЕЧЕТ!

Теперь наша очередь прикрывать…. Этот далеко…. Этот тоже…. Ага! в четырёхкратную оптику вижу даже лицо….. *щёлк!* в каске появляется отверстие, и голова рывком исчезает за бруствером. Следующий….. *Щёлк* и тут же короткую очередь: *щёлк*щёлк*щёлк* Не такой уж я и снайпер, поэтому цели я ищу в окопах первой линии…. Мимо пробегают бойцы, сейчас они упадут, и в этот момент должны встать мы….

— ЧЁТ!

Вот боец впереди нашёл укрытие (а может быть — поймал пулю), и упал. Я, оглянувшись, (не влезу ли кому-нибудь в сектор огня?) вскакиваю, и бегу вперёд…. Взгляд скачет в поисках укрытия. Замечаю как справа, поднимаясь, боец наткнулся на очередь своего же товарища, лежащего позади…..

— НЕЧЕТ! — ору я, падая за камень…

ствол пониже, и справа от камня поближе к ней, к земле-матушке…. Отсюда обзор хуже, зато и я не так заметен…. *щёлк* *щёлк*

а вот боец слева, похоже, совсем потерялся…. Высунулся прямо над каменюкой, за которой укрылся, и ну поливать противника…. Через полторы секунды, его затылок расцвёл красным.