9 мая

Алина Витухновская — 9 мая

Москва. Пушкинская площадь. Десять часов вечера. Горят рекламные огни и подсветка. По Тверской улице проносятся машины. На скамейках вокруг памятника Пушкина полно молодежи; некоторые сидят на спинках скамеек, поставив ноги на сиденья. Слышится гогот, выкрики, визг. На столбах плакаты "День Победы".

Возле спуска в подземный переход стоят пятеро тинэйджеров: три девушки и два парня. Две девушки льнут к парням, третья - Алина - стоит с независимым видом, отставив ногу в сторону.

Все три девушки типичные школьницы-акселератки: ярко-красные губы, стильные английские косухи, распущенные волосы, привычка тянуть слова. На Алине короткая юбка, черные сапоги на платформе, косуха, под ней - футболка с флагом Конфедерации на груди. Тинэйджеры разговаривают. Слышатся реплики:

– Офигенное кино!

– А ты не хотела идти, блин! Препиралась!

– Будешь пива?

– Не-а.

– Все пора домой, пока доберемся.

– Завтра День Победы, отоспишься!

– Ого, уже десять часов!

Один из парней треплет Алину за плечо. Она недовольно отстраняется.

– Все мы пошли. Алин, ты идешь?

– Нет, я пойду пешком.

– Как хочешь, пока.

Парни допивают пиво из бутылок и бросают их в полную урну, обнимают девушек и тянут их за собой вглубь подземного перехода. Один сзади задирает спутнице футболку и запускает под нее руку. Видна голая спина. Слышится смех.

Алина достает сигареты и смотрит у кого прикурить. К ней подходит молодой человек, лет 23-х. Серая куртка, джинсы, светлая рубашка в вертикальную полоску, выпирающий кадык. К куртке булавкой приколота праздничная желто-черная лента.

АЛИНА: Прикурить не найдется?

НЕЗНАКОМЕЦ: Найдется. (Достает зажигалку и дает ей прикурить, закуривает сам). После сеанса?

АЛИНА: Ага.

НЕЗНАКОМЕЦ: Я тоже. Понравилось?

АЛИНА: Помоечное кино. Лажа.

НЕЗНАКОМЕЦ: Согласен, не "Матрица". А вам теперь куда?

АЛИНА: Туда. (Неопределенно взмахивает рукой куда-то в сторону Страстного бульвара).

НЕЗНАКОМЕЦ: И мне туда.

Идут мимо кинотеатра "Россия", на цоколе здания плакаты "День Победы". Обходят подъемную машину. В металлическом "стакане" чертыхается рабочий, вывешивающий красные флаги с гербом Москвы. Флаг вырывается и, трепыхаясь, падает на землю, в грязь. Чертыханья усиливаются.

НЕЗНАКОМЕЦ: (Переходит на "ты"). Чего бы ты хотела добиться в жизни?

АЛИНА: Я хочу денег и независимости.

НЕЗНАКОМЕЦ: Как интересно. Меня всегда привлекали девушки, стремящиеся к независимости. Поедем ко мне на дачу? Обсудим. У меня тут машина недалеко.

АЛИНА: Зачем?

НЕЗНАКОМЕЦ: Кроме того, я вчера выкупил у знакомых музыкантов концертные колонки. Таких басов ты нигде не услышишь. Все внутренности перетряхивает.

АЛИНА: Не-а, я пойду домой.

НЕЗНАКОМЕЦ: Я тебе клянусь, что такого ты еще не слышала. Особенно если врубить "Рамштайн".

АЛИНА: Нет, сегодня не могу. Мне надо на Цветной бульвар.

НЕЗНАКОМЕЦ: Может быть, завтра?

АЛИНА:

Не-а. Завтра не могу.

НЕЗНАКОМЕЦ: Праздновать будешь?

АЛИНА: Что?! Я эти долбанные праздники, не признаю! Вместе с людишками праздновать какой-то День Победы?!

НЕЗНАКОМЕЦ: Да я так, просто спросил. Давай, подброшу. У меня машина вот здесь за углом. Идем сюда. Осторожно, смотри под ноги.

Придерживая Алину рукой, словно бы помогая ей идти, Незнакомец подталкивает ее в одну из боковых улочек.

НЕЗНАКОМЕЦ: Вон - к тому дому идем.

АЛИНА: Блин, где здесь твоя машина? Тут вообще не проедешь!

НЕЗНАКОМЕЦ: Идем сюда, к этому подъезду.

Они подходят к девятиэтажному дому-башне. Внешне дом ничем не отличается от окружающих. Видно, что на лестничных площадках горит свет.

НЕЗНАКОМЕЦ: Зайдем, я только ключи возьму.

Алина, чувствуя недобрые намерения Незнакомца, убыстряет шаг.

НЕЗНАКОМЕЦ: Ты куда?

АЛИНА: Отвали!

НЕЗНАКОМЕЦ: Да остановись ты! (Бросается вслед за ней, настигает и затаскивает в подъезд).

Алина вырывается и взбегает на второй этаж. Со всей силы жмет в звонок. Тишина. Толкает дверь. Дверь распахивается. За ней виден пустой темный коридор.

Снизу, перепрыгивая через ступеньки, взбирается Незнакомец, вновь настигает Алину, хватает за руку и тащит за собой вверх по лестнице. Затаскивает на верхний этаж и со всей силы толкает в один из дверных проемов. Алина падает в темноте, вскакивает, снова падает и оказывается в комнате с ободранными обоями. В окно льется тихий голубой свет. Виден силуэт здания напротив, некоторые окна в нем горят. Слышится гул машин. По стенам ползут блики фар. Посредине комнаты в свете окна стоит металлическая кровать. Матраса нет - только металлическая сетка с торчащими пучками проволоки.

Незнакомец подхватывает Алину, выкручивает ей руки и связывает за спиной крепкой кожаной фенечкой, снятой с ее запястья. Потом бросает ее на кровать.

АЛИНА: Козел, тут проволока торчит!

НЕЗНАКОМЕЦ: Молчи сука. (Расстегивает брюки, задирает Алине юбку, стягивает с нее трусы).

АЛИНА: Мудак!

НЕЗНАКОМЕЦ: (Несколько раз бьет ее по лицу). Молчи сука! Убежать хотела?! От меня! Дрянь! Значит, День Победы не признаешь, мразь! Сейчас, я тебе покажу, фашистская подстилка, кто победил в этой, блин, войне! Поймешь, кто победил, тварь!

Совершает характерные движения, кончает, фыркает, отходит.

АЛИНА: Что, мудак, получил, что хотел?

Незнакомец дает ей несколько пощечин. Затем зажигает зажигалку и водит вдоль ее тела, стараясь обжечь. Алина судорожно елозит.

АЛИНА: Козел!

НЕЗНАКОМЕЦ: Будешь подчиняется? Или тебя пришить? По-моему или по-твоему вышло, а? А может, тебя сжечь заживо? Как Гитлера в бункере?!

АЛИНА: Ты чмо!

НЕЗНАКОМЕЦ: Я - патриот, а ты малолетняя дрянь! Ну что продолжим? (Снова бьет ее, потом опять насилует).